На рубеже XII—XIII вв. и особенно на протяжении XIII в. в жизни удмуртских племен произошли значительные со-
бытия, сыгравшие большую роль в их дальнейших исторических судьбах.
В первой половине XIII в. южные удмурты оказались в числе народов, порабощенных Золотой Ордой. Как свидетельствуют изыскания археологов, обнаруживших в последние годы в бассейне среднего течения р. Вятки городища, на ряде которых русский культурный слой датируется рубежом XII—XIII вв., примерно в этот период началось проникновение русских на территорию, занимаемую северными удмуртами К Наиболее реальным районом выхода первых русских мигрантов считается Устюг с близлежащей округой, а наиболее вероятными путями их продвижения на Вятку — реки Юг и Молома либо маршрут Юг — Луза — волоки — притоки Вятки: Великая и Летка.

В среде пришлого русского населения, по всей вероятности, были воины, о чем свидетельствуют предметы вооружения, преобладающие среди находок на Никулицком городище, и мирное сельское население, начавшее освоение земельных богатств края. Уже в тот период оно расселялось на достаточно широкой территории Средневятского района.

После разгрома русских княжеств татаро-монголами в 1237—1240 гг. поток русского населения на Вятку заметно увеличился. К концу XIV в. поселенцы успели основать на вновь освоенной территории город Вятку и ряд слобод, погостов, сел и деревень в среднем течении р. Вятки, от устья р. Моломы до устья р. Кобры.

К концу XIV в. Вятка, по-видимому, была уже известна населению многих русских княжеств. Речной путь по Вятке стал
использоваться новгородцами для проникновения во владения Золотой Орды. Во время одного из походов часть новгородцев осела на Вятке.

Хозяйственный уклад пришлого русского населения во многом совпадал с укладом жизни окружавшего его коренного населения. Как у русских, так и у удмуртов основной отраслью и основным занятием являлось пашенное земледелие, которое сочеталось с домашним животноводством и промыслами — охотой, бортничеством, рыболовством. Развивались домашнее производство орудий труда и предметов быта, ремесло, производящее изделия на заказ и на продажу. Пушные богатства края обусловили выделение торговых людей, специализировавшихся на скупке пушнины и вывозе ее преимущественно на восточные рынки.

В целом хозяйство Вятской земли носило натуральный характер, тем не менее среди ее населения уже не было равенства, шел процесс классовой дифференциации. Социальное неравенство, сложившееся на местах выхода новопоселенцев, на новом месте углублялось. Этому способствовали военные походы вятчан на местное население и на русские княжества.
Захват добычи обогащал участников этих походов, способствовал их превращению в военную и феодальную знать. На первых порах незначительная феодальная прослойка вятского общества не имела возможности подчинить себе коренных жителей и охватить их данью либо другими формами эксплуатации, хотя такие попытки предпринимались.
Так, большинство летописных сводов сообщает о том, что в 1379 г. вятчане совершили поход на Арскую землю, где встретили серьезное сопротивление. В сражении отряд вятчан был уничтожен.

Новый значительный приток русского населения на Вятку был связан с иабегами золотоордынских ханов на соседнее с Вятской землей Нижегородско-Суздальское княжество, которое в 1382 г. заявило о своей покорности хану Тохтамышу.
В такой обстановке уцелевшее от разгромов население княжества бежало на север — в Галицкую, Костромскую и Вятскую земли. Очевидно, это дало повод нижегородскому князю Дмитрию Константиновичу включить Вятскую землю в пределы своей вотчины.

Следовательно, в конце XIV в. Вятская земля оказалась подчиненной власти нижегородско-суздальских князей и вовлеченной в междоусобную борьбу, которая разгорелась после смерти Дмитрия Константиновича между его потомками.
В ходе этой усобицы татаро-монгольские рати нередко опустошали Нижегородско-Суздальскую землю, в том числе Вятку.
В 1393 г. московский князь Василий I присоединил Нижегородско-Суздальское княжество к своим владениям. Сыновьям
Дмитрия Константиновича Семену и Василию Кирдяпе осталась только Вятская земля. По предположениям исследователей, дворцовые владения этих князей располагались вокруг с. Никульчино и включали села Кстинино, Кирдяпино, Карино и другие. В с. Никульчино, недалеко от впадения р. Чепцы в Вятку, по всей вероятности, проживала жена Семена Дмитриевича — княгиня Александра 9. Возможно, что в с. Карино, в 15 км от с. Никульчино, были поселены арские князья, на которых возлагалась обязанность охранять княгиню. Однако вопрос о происхождении арских князей и времени их появления на Вятке остается, несмотря на обилие гипотез, открытым.
Несомненная их генетическая связь с каринскими татарами дает основание большинству исследователей считать их ранним, добулгарским, слоем тюркского населения, или потомками волжских булгар, либо потомками золотоордынских татарских родов. Но не исключено, что арские князья являлись представителями удмуртской родо-племенной знати, подвергнувшейся тюркскому воздействию и принявшей еще в рамках Булгарского государства ислам. Возможно, они оказались на Вятке вместе с другой частью южноудмуртского населения — бесермянами, тоже испытавшими сильное тюркское воздействие в период разгрома Волжской Булгарии татаро-монголами. В дальнейшем арские князья были тесно связаны с коренным населением Вятской земли.

В 1401 г. потомки Дмитрия Константиновича прибыли на Вятку, где старший из них вскоре скончался, и Вятская земля перешла во владения московского князя, который передал ее в удел своему брату Юрию Галицкому.

Однако после смерти Василия I развернулась ожесточенная борьба за престол между его сыном Василием II и Юрием Галицким. Она продолжалась более 20 лет (с 1432 по 1453). Вятская земля оказалась втянутой в нее на стороне защитников феодальной раздробленности, возглавляемых галицкими князьями.

Процесс складывания единого Русского государства, начавшийся в XIV в., возглавило Московское княжество. В начале XV в. в этот процесс была втянута и Вятская земля с ее многонациональным населением — русскими, удмуртами, бесермянами. Усилению связей с Москвой способствовало то, что Вятская земля находилась на одном из основных направлений торговли Руси с Востоком. Московский князь стремился превратить ее также в один из опорных пунктов борьбы с Казанским ханством.

Юрий Галицкий завещал Вятскую землю трем сыновьям, старший из которых Василий Косой возглавил сторонников феодальной раздробленности. Он превратил Вятку в одну из баз феодальной оппозиции. Даже после окончательного поражения Василия Косого и его брата Дмитрия Шемяки вятская знать продолжала борьбу с великокняжеской властью.

В 1459 г. воеводы Иван Юрьевич, Иван Иванович и князь Д. И. Ряполовский «со многою силою» взяли города Орлов и Котельнич и привели вятчан «к кресному целованию» на верность Москве. Вятская земля стала управляться наместниками и воеводами великого московского князя. Для местного управления вятчане, как и ранее, избирали земских воевод, атаманов и их помощников — «подвойских».

И все же феодальная верхушка продолжала вести достаточно независимую политику, постоянно лавируя между Московским княжеством и Казанским ханством.

В 1468 г. вятчане отправились в поход на Казанское ханство в составе московских войск, куда входили также галичане, вологжане, устюжане и другие. Однако вернулись назад, узнав, что казанский хан Ибрагим (Обреим) направился к Вятке. Тем не менее отразить нашествие многочисленных татарских войск они не смогли. В результате в Вятку был направлен наместник казанского хана, и вятчане обещали «не помогати ни царю на великого князя, ни князю великому на царя».
В 1469 г. состоялся новый поход на Казань, от участия в котором вятчане отказались, сославшись на нейтралитет.
Московское войско взяло Казань, освободило множество русских пленников, в том числе вятчан. Казанскому хану удалось собрать значительные силы, в составе которых среди других порабощенных народов, по сообщениям летописей, оказались и жители «Вотятцкой земли». Есть все основания предполагать, что в этот период «Вотятцкая земля» была представлена не только южными удмуртами, находившимися в непосредственной зависимости от Казани, но и северными, вятскими.
Следовательно, временная зависимость Вятской земли от казанского хана распространялась и на коренное население, которое, как и русское, не только жестоко страдало от постоянных набегов, но и вербовалось насильно в ханское войско.
В 1478 г. хан Ибрагим совершил новый поход на Вятку.
И хотя не смог взять вятские города, но «села и волости повоевал», перебил множество жителей, многих увел в плен.

В 70—80 гг. XV в. позиции централизованного государства и великокняжеской власти значительно усилились. В 1478 г. было покончено с остатками независимости Новгородской республики. В состав Русского государства вошли огромные пространства северных владений Новгорода, во много раз превышавшие территорию Московского княжества. В основном были ликвидированы удельные княжества. В 1480 г. Русь окончательно и навсегда освободилась от татарского ига. После похода великокняжеских войск зимой 1484/85 г. к Московскому княжеству присоединилась Тверь, один из последних оплотов феодальной раздробленности. В этих условиях попытки вятской феодальной верхушки сохранить остатки независимости были обречены на провал. В конце 70 — начале 80-х гг. XV в. власть великого князя на Вятке представляли уже не эпизодически посылаемые наместники, как было ранее, а несколько воевод.

Но даже в этих условиях вятские сепаратисты пытались продолжать свои походы на великокняжеские владения. Такая политика вятской феодальной верхушки привела к тому, что в 1489 г. 64-тысячное (по устюжскому летописцу, 72-тысячное) войско Ивана III, состоявшее из четырех полков, усиленных судовыми отрядами, направилось к Вятке. 24 июня судовая рать прибыла под Котельнич, 30 июня пришли сюда конные отряды, 2 августа прибыла последней татарская конница. 16 августа объединенные силы окружили Хлынов. Вятчане закрылись в городе, а на переговоры с москвичами направили с большими дарами Исупа Глазатова. Но попытка подкупить воевод не удалась. Тогда на встречу с ними вышли сами вятские «большие люди». Воеводы Даниил Щеня, Григорий Морозов и другие поставили перед вятчанами условие «целовать крест» на верность московскому князю «от мала до велика» и выдать предводителей сепаратистов. Те отказались выдавать предводителей. Тогда великокняжеские воеводы отдали распоряжение о подготовке к штурму города. Поняв безвыходность своего положения, вятчане согласились на все условия, выдали главарей И. Аникеева, П. Богодайщикова, П. Лазарева, которых потом казнили в Москве.

Вместе с русскими жителями Вятской земли было приведено к присяге коренное население. «Арян к роте приведоша»,—- сообщают об этом Софийская II, Воскресенская, Никоновская и Типографская летописи. В Вологодско-Пермской летописи известие о покорении Вятки совпадает в своей основе с приведенным отрывком, но вместо «арян» говорится «Арьских князей и иных Агарян к роте приведоша».

Со всей определенностью можно говорить о том, что никакого «завоевания» удмуртского населения в этот период не происходило. Московское войско осаждало русские города Котельнич и Хлынов, и соглашение о вхождении Вятской земли в состав великого княжества Московского было достигнуто без кровопролития, путем переговоров. Тем более добровольный характер имело принесение присяги на верность Москве удмуртским населением.

Военные действия, усобицы, в которые столь охотно вступали вятские феодалы, вели к разорению края, утрате уже достигнутого уровня развития производительных сил. Трудовые люди, как никто, были заинтересованы в установлении мира и порядка, гарантировать которые могла только сильная великокняжеская власть; защитить от постоянных набегов казанских ханов мирное население также могло только Русское государство. Все это продиктовало удмуртам необходимость добровольного вхождения в состав Московского княжества, ставшего центром объединения русских земель в единое государство.

С этого исторического момента, т. е. с августа 1489 г., северные удмурты стали подданными московского князя, а территория Вятской земли — частицей складывавшегося централизованного Русского государства.

В 1490 г. в качестве дополнительной меры для усиления своей власти Иван III наиболее знатных и влиятельных вятских людей вместе с семьями вывез в Москву, пожаловал им поместья в южных приграничных городах — Боровске, Алексине, Кременске. Вятчане-торговцы были поселены в Дмитрове.
В числе вывезенных оказались и арские князья, но большинству из них разрешили вернуться на Вятку. Ряд источников говорит о том, что среди вятской знати, оставленной в Москве, были и удмурты. Не случайно одно из поселений на южной границе Московского княжества называлось Вотяково.

Иван III в 1504 г. завещал Вятскую землю своему сыну Василию «со всем, что к ней потягло, и с Арскими князьями, как было при мне»14. Следовательно, в территорию, которая относилась («потягло») к Вятской земле и стала вотчиной великих московских князей, входили и удмуртские земли.
Таким образом, в последней четверти XV в. вместе с русским населением Вятской земли в состав складывавшегося Русского государства, организатором которого выступила Москва, вошли северные удмурты. Российское государство приобретало все более многонациональный характер.

С вхождением в состав Московского княжества на территории севера Удмуртии, как и на всей Вятской земле, прекратились феодальные раздоры и смуты, был положен конец опустошительным набегам, во время которых прежде всего и больше всего страдало сельское население. Создавалась благоприятная обстановка для дальнейшего развития производительных сил, для мирного труда пахаря и ремесленника, будь то русский или удмурт.