Образование государственности Удмуртского народа

Великая Октябрьская социалистическая революция впервые в истории человечества освободила трудящиеся массы от эксплуатации, социального и национального гнета. Установление власти рабочего класса, общественной собственности на средства производства заложило прочный фундамент свободного развития всех наций и народностей, их тесного единения и дружбы.

Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов в самый разгар вооруженного восстания в Петрограде принял воззвание «Рабочим, солдатам и крестьянам!», в котором провозглашалось подлинное право на самоопределение всех наций, населяющих Россию. На вновь образованный Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац) возлагалось осуществление национальной политики партии и государства.

Советское правительство в опубликованной в ноябре того же года «Декларации прав народов России» провозгласило равенство и суверенность народов страны, их право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, отмену всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений, свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп. В январе 1918 г. III Всероссийский съезд Советов принял «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Советская Российская Республика, говорилось в ней, утверждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация советских национальных республик.

Съезд предоставил рабочим и крестьянам каждой нации возможность принять решение на своем собственном полномочном советском съезде, желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном правительстве и в остальных федеральных, советских  учреждениях.

Первые законодательные акты Советского государства, отразившие положения ленинской программы партии по национально-государственному строительству, послужили основой движения трудящихся масс ранее угнетенных народов, в том числе и удмуртского, за образование национальной государственности в формах, соответствующих национальным особенностям народов, уровню их экономического, культурного и политического развития. Партия исходила из того, что предоставление национальной государственности освобожденным народам сделает Советскую власть близкой, понятной и родной для трудящихся всех национальностей, что осуществление политического равноправия народов будет способствовать упрочению их дружбы, основанной на полном взаимопонимании и доверии друг к другу.

При Наркомнаце стали создаваться национальное отделы и комиссариаты, ставшие полномочными представителями народов страны. На местах при губернских и уездных Советах были сформированы губернские и уездные национальные отделы и секции. Через них осуществлялась постоянная связь, общение Наркомнаца с трудящимися массами национальных районов Советской России, они являлись проводниками политики партии по национальному вопросу.

С победой социалистической революции началась борьба за преодоление социально-экономической и культурной отсталости народов страны, в том числе и удмуртского. Самоопределение, предоставление возможности создать свою государственность являлись верным путем к ликвидации этой отсталости. Как этническая группа удмурты были расселены компактно. Основная часть их проживала в Вятской губернии между Вяткой и Камой. Огромные леса Удмуртии, близость к уральским источникам сырья, удобные транспортные связи, наличие квалифицированных рабочих на Ижевском и Боткинском заводах открывали благоприятные перспективы для интенсивного развития народного хозяйства и в особенности — промышленности, создавали условия для укрепления союза рабочего класса и крестьянства.

Удмуртская национальная буржуазия стремилась взять в свои руки руководство движением удмуртского народа за образование национальной государственности, решить вопрос о самоопределении. Она разработала своего рода программу, в которой выдвигалось требование предоставления удмуртскому народу автономного областного самоуправления, но без Советов, без диктатуры пролетариата.

В первой половине 1918 г. развертывается деятельность Елабужского удмуртского совета, созданного по инициативе группы удмуртской интеллигенции. Во главе его находился К. С. Яковлев, учитель, редактор правоэсеровской газеты «Виль синь» («Новое око»). Совет неоднократно поднимал вопросы самоуправления и образования государственности удмуртского народа. В марте 1918 г. К. С. Яковлев через свою газету обратился к удмуртскому населению с призывом высказать свое мнение относительно вхождения удмуртов в Урало-Волжские штаты, которые должны были представлять независимо от Советской России буржуазное «татарское государство». Татарские буржуазные националисты предлагали удмуртам войти в состав этого государства.

Весной 1918 г. идет подготовка к I Всероссийскому съезду удмуртов, которому предстояло решить ряд вопросов национального строительства.

Елабужский удмуртский совет задолго до съезда разослал по волостям с удмуртским населением письма с рекомендацией обсудить на сходах такие вопросы: об образовании самостоятельного удмуртского штата; о вхождении удмуртов вместе с чувашами, марийцами и татарами в областную Урало-Волжскую федерацию; о вхождени удмуртов вместе с русскими в Уральский штат; об образовании самостоятельной удмуртской губернии; об образовании самостоятельных удмуртских волостей и уездов; об образовании Центрального комиссариата по делам удмуртов; об узаконении удмуртского языка наравне с русским в качестве официального языка; о передаче дела народного образования в руки удмуртов; о выпуске книг и газет; об удмуртских Советах, об удмуртской кооперации; о пропорциональных выборах. Последнее означало представительство депутатов в Советах пропорционально национальному составу
волости, уезда, губернии, то есть предлагалось классовый подход к выборам депутатов в Советы подменить национальным, что могло привести к ослаблению или даже ликвидации диктатуры пролетариата.

В мае—июле 1918 г. Елабужский удмуртский совет организовал в каждом удмуртском селении уезда обсуждение вопроса об образовании чисто удмуртских волостей. В Малмыже под влиянием К. С. Яковлева К. П. Чайников (литературный псевдоним — Кузебай Герд) создал национальное общество «Удмурт» с филиалами почти во всех волостях уезда с удмуртским населением. Это общество пыталось создать чисто удмуртские волости.

Удмуртские буржуазные элементы хотели по-своему, исходя из своих интересов, решить вопрос о государственном самоопределении удмуртского народа. Не случайно в их документах нет даже намека на то, что государственное самоопределении удмуртского народа должно произойти на основе Советской власти. Об этом говорят также такие факты, как обсуждение вопросов об образовании самостоятельных удмуртских волостей и уездов, о введении пропорциональных выборов, создании таких организаций, как удмуртские Советы.

Коммунистическая партия, В. И. Ленин указывали на необходимость образования автономии на советской основе и разоблачали попытки буржуазии использовать автономию как форму государственности для прикрытия своих устремлений к власти. Руководствуясь этими указаниями, коммунисты-удмурты, прибывшие с фронтов, вступили в борьбу с буржуазными идеологами. Из их числа в Елабуге под руководством заведующего отделом народного образования исполкома уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов Т. К. Борисова создается группа, которая берет в свои руки газету «Виль синь», вытеснив из ее редакции эсера К. С. Яковлева. В газете начинают публиковаться статьи, в которых с марксистско-ленинских позиций освещается политика Советской власти, события внутренней и международной жизни. Эта группа наладила связи с местными партийными и советскими организациями, активно
включилась в подготовку I Всероссийского съезда удмуртов, который должен был от имени всего удмуртского народа выразить отношение к вопросу о вхождении в состав РСФСР. Имелось два пути его решения: вхождение Удмуртии в РСФСР непосредственно в качестве автономной единицы или вхождение ее через Советскую Татаро-Башкирскую республику, проект создания которой в то время готовился. По-видимому, данная проблема вызвала дискуссию среди руководителей движения за образование государственности удмуртского народа. За несколько дней до открытия съезда в газете «Виль синь» коммунист М. П. Прокопьев опубликовал статью «О Татаро-Башкирской республике». В ней автор высказался за то, чтобы удмурты вошли в состав РСФСР не через Татаро-Башкирскую республику, а непосредственно. М. П. Прокопьев пропагандировал идею единения удмуртов с русскими, подчеркивал прогрессивное
значение этого для судеб удмуртского народа: «Для нас самое большое и самое светлое окно прорублено со стороны русского народа».

В конце июня 1918 г. в Елабуге собрался I Всероссийский съезд удмуртов. Большинство делегатов составляли крестьяне и учителя, но были также попы, кулаки, бывшие офицеры. Коммунисты представляли сплоченную группу. Председателем съезда единогласно был избран М. П. Прокопьев. На съезде развернулась упорная борьба коммунистов против эсеров и националистов. Под влиянием коммунистов предварительно выработанная Елабужским удмуртским советом повестка дня изменилась. Некоторые вопросы, выдвинутые националистическими элементами, были отклонены и не представлены на обсуждение, в частности о введении пропорциональных выборов и создании удмуртских Советов. Другие вопросы вошли в повестку дня в измененной формулировке (например, появился вопрос о просвещении удмуртского народа вместо предлагавшегося вопроса о передаче дела народного образования в ведение удмуртов; о снабжении и кооперировании удмуртского населения вместо вопроса об удмуртской кооперации). Проблема образования
Урало-Волжских штатов отпала в связи с разгромом татарской буржуазии, выдвигавшей эту идею.

Съезд рассмотрел вопросы об отношении удмуртов к созданию Татаро-Башкирской республики и Прикамской губернии, об образовании отдельных удмуртских волостей и ряд других. Делегаты съезда отклонили предложение о вхождении удмуртов в Татаро-Башкирскую республику. Почти единогласно они проголосовали за образование административной единицы, которая объединила бы удмуртов, проживающих в Вятской, Казанской, Уфимской и Пермской губерниях.

Съезд от имени удмуртского народа приветствовал и одобрил Российскую Федеративную Республику Советов, он призвал «соблюдать общее единение с русскими гражданами и составлять с ними единое государство». Делегаты съезда выразили беспокойство и сомнение по поводу предложения о выделении чисто удмуртских волостей. Некоторые из них спрашивали, не вызовет ли это ухудшения отношений с русскими.

В дни, когда проходил I Всероссийский съезд удмуртов, Т. К. Борисов, находившийся на V Всероссийском съезде крестьянских Советов, был на приеме у И. В. Сталина и получил от него указания, касающиеся национального строительства в Удмуртии. Вернувшись в Елабугу, он выступил с докладом о поездке на заседании исполкома уездного Совета. По его предложению уисполком принял решение об образовании Елабужского уездного комиссариата по делам национальностей. С этого момента прекратилось существование Елабужского удмуртского совета. В том же 1918 году свернулась деятельность и других удмуртских националистических организаций. Инициатива в руководстве делами национального строительства, в том числе и самоопределения
удмуртского народа, перешла целиком в руки коммунистов.

Коммунисты разоблачали перед трудящимися антинародную сущность деятельности своих противников. В противовес идеям буржуазии они пропагандировали ленинскую программу по национальному вопросу, разъясняли сущность первых декретов Советской власти и осуществляли практические шаги по их реализации на местах. Не случайно в ходе острой борьбы вокруг проблем, обсуждаемых на I Всероссийском съезде удмуртов, по многим вопросам повестки дня были приняты правильные решения. Однако государственному самоопределению удмуртского народа пытались также помешать великодержавно настроенные работники Сарапульского уезда. Весной 1918 г. они выдвинули проект создания Прикамской губернии, который в отличие от проекта, выдвинутого на I Всероссийском съезде удмуртов, не учитывал экономических особенностей и национальных интересов не только удмуртов, но и татар, башкир, проживающих в Прикамье. В ее состав предполагалось включить Елабужский и Сарапульский уезды. Такая попытка встретила сопротивление в Народном комиссариате внутренних дел РСФСР. Позднее, в 1920 г., Совнарком РСФСР вынес постановление о недопустимости образования Прикамской губернии.

В июле 1918 г. при Наркомнаце РСФСР был образован Удмуртский отдел во главе с М. П. Прокопьевым, уполномоченным I Всероссийским съездом удмуртов. Выбор его кандидатуры объяснялся тем, что Прокопьев пользовался большим доверием среди коммунистов как революционер и активный борец за Советскую власть.

Еще будучи учащимся Казанской учительской семинарии, он втянулся в подпольную революционную деятельность. После окончания семинарии вел пропаганду марксистских идей среди учителей и крестьян. В годы первой мировой войны Прокопьев был мобилизован в армию. Там вступил в партию большевиков. После возвращения с фронта участвовал в установлении и упрочении Советской власти в родных краях. Избирался членом Осинского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов Пермской губернии. М. П. Прокопьев был поэтом, автором первого перевода на удмуртский язык пролетарского гимна «Интернационал».

В задачи отдела входило создание тесного союза удмуртского народа со всеми национальностями, живущими на территории РСФСР, устранение всякого недоверия к русским, которое было порождено политикой царизма; вовлечение трудящихся Удмуртии в политическое, хозяйственное и культурное строительство наравне со всеми трудящимися РСФСР. Образование Удмуртского отдела при Наркомнаце объяснялось необходимостью закрепления завоеваний Октябрьской революции, проведения социалистических преобразований в государственном, хозяйственном и культурном строительстве в Удмуртии.

Было выработано положение об удмуртских организациях Наркомнаца. В нем указывались задачи удмуртских секций при исполкомах местных Советов, их организационная структура и порядок взаимоотношений с другими органами. Удмуртский отдел при Наркомнаце составил развернутый план своей деятельности. Работники отдела установили тесные связи с существовавшими удмуртскими секциями при исполкомах Советов и организовали новые, распространяли среди коренного населения политические брошюры. На удмуртский язык были переведены и изданы «Программа Российской социал-демократической партии (большевиков)», брошюра К. Либкнехта «Пауки и мухи». Выпускались плакаты и листовки, издавались сельскохозяйственный журнал «Удмурт калыклы кулэкенешъёс» («Полезные советы удмуртскому народу») и первая удмуртская большевистская газета «Гудыри» («Гром»).

По инициативе Удмуртского отдела было положено начало массовой подготовке учителей из удмуртов. В деревнях создавались культурно-просветительные кружки, в которых проводились чтения, беседы и лекции на родном языке. Впервые на удмуртском языке ставятся спектакли, которые оставляют глубокое впечатление у зрителей. Возникает идея создания национального театра, который может стать могучим орудием просвещения народа.

Все эти мероприятия осуществлялись в условиях начавшейся в стране гражданской войны и иностранной интервенции. Осенью 1918 г. в Ижевско-Воткинском районе вспыхнул белогвардейско-эсеровский мятеж. В связи с этим все силы местных партийных и советских органов были мобилизованы на его подавление. Работники Удмуртского отдела, а также национальных отделов и секций при исполкомах Советов вместе с партийными организациями и под их руководством вели борьбу с контрреволюцией, направляя усилия на подъем политического сознания и активности трудящихся. В ноябре 1918 г. мятеж был подавлен, и работа по национально-государственному строительству вновь активизировалась. Заведующий Удмуртским отделом при Наркомнаце М. П. Прокопьев составил проекты административно-территориальных границ и Конституции Удмуртской автономной трудовой коммуны.

Вятская губерния, куда входила территория нынешней Удмуртской АССР, была многонациональной. Более миллиона, или одну треть, ее населения составляли нерусские: удмурты, марийцы, татары, чуваши, башкиры, коми-пермяки и другие. Естественно, что в работе партийных и советских органов губернии, как и в некоторых других районах страны с многонациональным населением, имелись свои особенности. Одна из них заключалась в организационной структуре губернского и уездных советских и партийных органов — наличии в них отделов и секций по делам национальностей. При Вятском губкоме партии имелись мусульманская, удмуртская и латышская секции (первые сведения об их существовании относятся к началу 1919 г.). В уездных комитетах партии
также функционировали национальные секции. Так, при Елабужском укоме имелись секции по делам удмуртов, мусульман, мари, кряшен. В Сарапульском укоме партии было создано бюро национальностей. Национальные секции имелись при Ижевском и Боткинском райпарткомах. Руководство национальным строительством на местах осуществлялось главным образом через эти организации.

В феврале 1919 г. по указанию губкома партии национальный отдел Вятского губисполкома провел в Малмыже губернский съезд национальных меньшинств, который оживил организаторскую, политико-просветительную и культурно-массовую работу среди трудящихся.

Вопросы национального строительства постоянно находились в центре внимания губернской партийной организации. Партийные органы стремились к тому, чтобы установить тесный контакт с национальными секциями, получить от них своевременную информацию о ходе работы. Для этого представители национальных секций приглашались на заседания губернского и уездных комитетов партии, заслушивались отчеты об их деятельности.

В марте 1919 г. заведующий Удмуртским отделом при Наркомнаце М. П. Прокопьев созвал II Всероссийский съезд трудящихся удмуртов. Съезд собрался в Сарапуле, но с началом наступления войск Колчака на запад работа его была перенесена на родину М. П. Прокопьева в село Нырья Ядыгерской волости Мамадышского уезда Казанской губернии. На нем обсуждались вопросы о помощи Красной Армии, развитии сельского хозяйства и культурного строительства. Съезд вынес постановление об образовании Удмуртского комиссариата. Его решения сыграли большую роль в сплочения трудящихся масс удмуртского народа под интернациональным знаменем Советской власти в борьбе за строительство новой жизни.

Весной 1919 г. деятельность Удмуртского отдела при Наркомнаце и местных национальных отделов при Советах прервало наступление колчаковских войск на территорию Удмуртии. Работники этих учреждений были мобилизованы в Красную Армию. Они вели политическую работу среди красноармейцев и населения, с оружием в руках отстаивали Советскую власть. В те дни, когда решалась судьба Советской власти, заведующий отделом М. П. Прокопьев добровольно ушел на Восточный фронт и погиб смертью героя.К лету территория Удмуртии была очищена Красной Армией от колчаковских войск. Возобновили работу национальные отделы и секции. По указанию Вятского губкома партии и губисполкома осенью в уездах проводились съезды нацменъшинств.

В конце сентября 1919 г. в Сарапуле прошел III Всероссийский съезд удмуртов, в организации которого активно участвовали работники-коммунисты удмуртской секции отдела нацменьшинств Елабужского исполкома Советов, политотдела 2-й армии, работники Сарапульского уездного комитета партии. Он рассмотрел ряд вопросов хозяйственного и культурного строительства. Поскольку реализации решения предыдущего съезда о создании Удмуртского комиссариата помешала война, делегаты III Всероссийского съезда вернулись к этому вопросу. Удмуртский комиссариат при Наркомнаце РСФСР был создан. Местопребыванием его стал Сарапул. В состав комиссариата вошли Т. К. Борисов, В. А. Максимов, П. А. Стрелков, Г. Н. Гусев, П. Н. Бурбуров. За исключением последнего все являлись коммунистами.

Председателем коллегии комиссариата избрали Т. К. Борисова. В то время среди удмуртов он был одним из немногих, имеющих высшее образование. В годы первой мировой войныслужил полковым врачом. На фронте вступил в ряды большевистской партии. По возвращении на родину активно участвовал в укреплении Советской власти. Т. К. Борисов — основатель и первый редактор газеты «Гудыри» («Гром»). До избрания на должность комиссара по делам удмуртов работал заведующим отделом народного образования исполкома Елабужского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов, являлся членом уездного комитета РКП (б).

Вскоре Т. К. Борисов и Г. Н. Гусев представили в Наркомнац решения съезда. Здесь, в Наркомнаце, их познакомили с И. А. Наговицыным. В то время он работал секретарем и заведующим земельной, продовольственной и кооперативной секциями Центральной школы советской и партийной работы, позднее преобразованной в Коммунистический университет им. Я. М. Свердлова. Во время встречи Борисов и Гусев узнали, что Наговицын — удмурт, член большевистской партии с 1905 г., профессиональный революционер, сидел в тюрьме, отбывал наказание в сибирской ссылке, недавно вернулся из эмиграции. Перед ними предстал человек, прошедший суровую революционную школу, имеющий богатый опыт организаторской и пропагандистской деятельности. Они пригласили Наговицына на работу в Удмуртский комиссариат, и тот согласился. Коллегия Наркомнаца в октябре 1919 г. вынесла постановление об утверждении Удмуртского комиссариата. Комиссаром по делам удмуртов ЦК РКП (б), по предложению Т. К. Борисова, назначил И. А.
Наговицына.

В тяжелых условиях начинал работу Удмуртский комиссариат: темнота, невежество, нищета, болезни, гражданская война, недостаток хлеба, топлива, товаров...

Перед Удмуртским комиссариатом, удмуртскими секциями при исполкомах Советов стояли такие задачи: создание тесного союза удмуртского народа со всеми национальностями, живущими в РСФСР; устранение всякого недоверия к русским, которое было порождено политикой царского самодержавия; вовлечение удмуртских масс наравне со всеми трудящимися страны в политическое и культурное строительство и выполнение задач, стоящих перед Советской республикой; представительство интересов удмуртского народа в Наркомнаце; оказание юридической помощи удмуртскому населению; изучение материальной и духовной культуры удмуртов, природы края; проведение мер, направленных на подъем экономики.

Как видим, круг задач, поставленных перед Удмуртским комиссариатом, в сравнении с теми, что стояли перед Удмуртским отделом, значительно шире. Комиссариат был уполномочен осуществлять непосредственное руководство и контроль за работой всех удмуртских секций, существовавших при исполкомах Советов. Деятельность его в свою очередь подлежала контролю со стороны местной и центральной власти. Вся эта работа должна была завершиться организацией Удмуртской автономной административной единицы. Выполнение задач, поставленных партией и правительством перед Удмуртским комиссариатом, имело важное значение для закрепления завоеваний Октябрьской революции, приобщения удмуртского народа к социалистическому строительству, воспитания трудящихся в духе интернационализма.

В комиссариате было организовано три отдела: общий (заведующий Т. К. Борисов, он же заместитель комиссара), агитационно-инструкторский (заведующий П. А. Стрелков), издательский (заведующий И. С. Михеев, после него—К. П. Чайников). В первые дни шло комплектование аппарата. Выявлялись удмурты, находившиеся в волостных и уездных исполкомах Советов, запрашивались у волостных комитетов партии, исполкомов списки коммунистов-удмуртов, желавших работать в комиссариате. Было подобрано несколько агитаторов-инструкторов и работников издательства. Подбор кадров шел с большими трудностями. Приходилось с известной осторожностью использовать людей, не прошедших школу революционной борьбы, но готовых отдать свои знания и силы просвещению удмуртского народа. Почти все ответственные работники комиссариата являлись коммунистами, среди них имелись  представители рабочего класса — И. А. Наговицын, Г. Н. Гусев, Д. А. Майоров и другие, составляющие политически закаленное ядро коллектива.

И. А. Наговицын писал: «Требуются работники, а их нет. Нужно их создавать заново из того материала, который имеется под руками. Этих работников мы должны выработать массами, годных для всякой работы». Руководители комиссариата при содействии Сарапульского уездного комитета партии возбудили перед ЦК РКП (б) ходатайство об открытии в Сарапуле советско-партийной школы, и она была открыта 15 февраля 1920 г. Непосредственное руководство ею осуществлялось Удмуртским комиссариатом и Сарапульским уездным комитетом партии, а позднее —бюро агитации и пропаганды ЦК РКП (б) по работе среди удмуртов. Занятия проводились по плану Коммунистического университета им. Я. М. Свердлова. Здесь учились рабочие, крестьяне, красноармейцы. В
школу принимались в первую очередь члены РКП (б) и РКСМ, а также беспартийные, которые, как правило, оканчивали школу уже членами РКП (б). Преобладающую часть слушателей составляли удмурты и русские, были представители и других национальностей. Комиссариат и уездный комитет партии постоянно заботились об улучшении состава слушателей. С этой целью уездная партийная конференция в мае 1920 г. заслушала доклад И. А. Наговицына о работе партийной школы (он одновременно заведовал ею). В своем решении конференция обязывала партийные органы более тщательно подбирать кандидатуры слушателей.

За время своего существования партийная школа выпустила 228 человек, в том числе 91 удмурта и 58 женщин. Около 50 слушателей, не закончив учебы, добровольно ушли на фронт. Выпускники поступали в распоряжение Сарапульского укома партии и назначались в уездные и волостные партийные и советские органы. Удмурты направлялись в уезды, где преобладало коренное население, и в воинские части, некоторые оставлялись в аппарате комиссариата в качестве агитаторов-инструкторов.

Партийная школа при Удмуртском комиссариате сыграла большую роль в подготовке национального актива. Опираясь на него, партийные комитеты и Советы осуществляли задачи по политическому воспитанию масс и мобилизации их на защиту Отечества и мирное строительство.

Как уже отмечалось, еще до возникновения комиссариата территория Удмуртии была ареной смертельных схваток Красной Армии с белогвардейско-эсеровскими мятежниками осенью 1918 г. и колчаковцами весной и летом 1919 г. Враги потерпели сокрушительное поражение, но успели нанести тяжелые раны экономике и населению края. Испытав ужасы белогвардейского режима, колебавшаяся ранее середняцкая масса крестьянства решительно пошла за большевиками. На стороне Советов, за редкими исключениями, стояла также удмуртская интеллигенция. «Советский строй — самый подходящий для нас строй...» — писалось в резолюции съезда школьных работников мари и удмуртов Бирского уезда Уфимской губернии, состоявшегося в августе 1919 г.

Пользуясь темнотой и невежеством крестьян, кулаки и другие буржуазные элементы распространяли провокационные слухи, стремились раздуть национальную вражду. Даже в некоторых местных советских и партийных органах встречались люди, зараженные шовинизмом. Они заявляли, что создаваемые национальные отделы и секции при исполкомах Советов являются будто бы ненужными и убыточными для государства. Объясняя происхождение подобного рода настроений, И. А. Наговицын писал, что работникам комиссариата чуть не на каждом шагу приходилось наталкиваться на непонимание местными коммунистами пункта Программы РКП (б) по вопросу об отношении к национальным меньшинствам.

Такого рода сведения доходили также до Вятского губкома партии. В связи с этим в январе 1920 г. губком разослал в уездные комитеты циркулярное письмо, в котором обращалось внимание на участившиеся факты несодействия организациям национальных меньшинств, а в ряде случаев и притеснения их. Считая подобное недопустимым, губком партии предложил «обратить самое серьезное внимание на имеющиеся в уезде таковые организации и оказывать таковым полное содействие во всех их законных требованиях».

На улучшение партийной и советской работы среди национальных меньшинств в большой мере повлияли решения II Всероссийского съезда коммунистических организаций народов Востока, состоявшегося в ноябре 1919 г., и доклад В. И. Ленина на нем. Придавая сугубо важное значение пропаганде идей марксизма в национальных районах страны, В. И. Ленин заявил: «Задача в том, чтобы пробудить революционную активность к самодеятельности и организации трудящихся масс, независимо от того, на каком уровне они стоят, перевести истинное коммунистическое учение, которое предназначено для коммунистов более передовых стран, на язык каждого народа, осуществлять практические задачи, которые нужно осуществлять немедленно, и слиться в общей борьбе с пролетариями других стран».

Несмотря на труднейшие условия, связанные с гражданской войной, разрухой, недостатком продовольствия, Удмуртский комиссариат и уездные секции отделов национальностей исполкомов Советов и партийных комитетов кропотливо и плодотворно работали над выполнением этой задачи. Осуществить ее можно было путем разъяснения политики партии широким массам русского и нерусского населения на понятном для них языке. Нужно было, чтобы трудящиеся глубоко поняли и убедились, что Советская власть защищает их интересы.

На митингах, собраниях, в беседах, на страницах газеты «Гудыри» с помощью плакатов и листовок на родном языке велось разъяснение удмуртскому населению программы и политики большевиков по национальному вопросу, задач хозяйственно-политического строительства в стране, в частности в Удмуртии. Для этого использовались также рабоче-крестьянские съезды, конференции учителей и т. п.

В информациях агитаторов Удмуртского комиссариата, к примеру, отмечалось, что некоторая часть удмуртского крестьянства, введенная в заблуждение кулацкой агитацией, пассивно относилась к выполнению государственных заготовок, к проведению кампаний по сбору средств для Красной Армии, семей погибших красноармейцев, для голодающих рабочих. Чтобы вывести таких крестьян из-под вражеского влияния, работники комиссариата и удмуртских секций при исполкомах Советов и партийных комитетах терпеливо разъясняли, что дала новая власть удмуртам, в чем сущность ее декретов и постановлений по земельным и продовольственным вопросам, почему возникла в России гражданская война, каково положение на фронтах и почему необходимо всемерно помогать Красной Армии. Удмуртский комиссариат помогал партийным и советским органам в развертывании работы среди удмуртского населения, в укреплении местных национальных отделов и секций, в оживлении их деятельности. Так, например, в марте 1920 г. для оказания практической помощи отделу национальностей Глазовского исполкома сюда приехали И. А. Наговицын и член коллегии комиссариата Г. Н. Гусев. Ознакомившись с положением дел, Наговицын поставил вопрос перед уездным партийным комитетом и исполкомом Совета об укреплении отдела, усилении партийного руководства им. Об этом был информирован Вятский губком партии. Удмуртский комиссариат командировал в Глазов лучших агитаторов-организаторов и курсантов Сарапульской партийной школы. Были подобраны новый заведующий удмуртской секцией отдела и другие работники. Деятельность отдела улучшилась, вокруг него стал объединяться партийный и комсомольский актив.

Разностороннюю агитационно-массовую работу вел комиссариат в воинских частях, где служили удмурты. По его инициативе была проведена конференция беспартийных красноармейцев-удмуртов Сарапульского гарнизона. На ней обсуждались насущные задачи хозяйственного и культурного строительства. С докладом выступили И. А. Наговицын, Т. К. Борисов и П. А. Стрелков.

Комиссариат и его актив широко пропагандировали идеи о социалистической кооперации, помогали крестьянам создавать сельскохозяйственные артели и коммуны. Его деятельность протекала в тесном контакте с местными партийными и советскими органами. Представители комиссариата, а также представители национальных отделов и секций исполкомов избирались в состав уездных комитетов РКП (б), Советов, участвовали в работе партийных конференций, съездов Советов, заседаниях парткомов и исполкомов. Важные вопросы национального строительства обсуждались в партийных и советских органах. Парткомы и исполкомы участвовали в подборе и воспитании национальных кадров, подготовке и проведении съездов национальных меньшинств. Вятский губком партии и губисполком неоднократно обсуждали деятельность отделов национальностей при губисполкоме и губкоме партии, помогали им в налаживании агитации и пропаганды, рассматривали и утверждали планы их работы. Губком партии незамедлительно откликался на все запросы Удмуртского комиссариата.

Комиссариат возбудил ходатайство перед Президиумом ВЦИК о предоставлении удмуртскому народу права представительства на VIII Всероссийском съезде Советов, мотивируя это тем, что оно имело бы громадное значение и вес для проведения политической работы среди удмуртов. Президиум ВЦИК удовлетворил просьбу. На Всероссийский съезд Советов были направлены И. А. Наговицын, В. М. Рыбаков, С. И. Русских. Это было первое участие представителей удмуртского народа в высшем органе государственной власти, которые учились на съезде у русского народа решать государственные дела, расширяли дружеские связи с другими народами. Большое внимание комиссариат уделял развитию национальной печати, которая помогала ему укреплять связь с трудящимися, сплачивать передовые силы удмуртского народа в бсфьбе с контрреволюционными элементами. Основным печатным органом
комиссариата стала газета «Гудыри». Вместо одного раза в неделю с января 1920 г. она стала выходить три раза, тираж ее увеличился с трех до пяти тысяч экземпляров. Газету получали в 1600 удмуртских деревнях, 800 школах, 70 библиотеках, 10 ячейках РКСМ, 9 агитпунктах железных дорог и в воинских частях. Она посылалась также в Бирск, Пермь, Слободской, Белебей, Осу, Бугульму, Мамадыш, Казань, Тюмень, в Забайкальскую, Акмолинскую и Красноярскую области Сибири, где жили удмурты-переселенцы. При Елабужском исполкоме Советов удмуртская секция издавала стенную газету «Горд гырлы» («Красный колокол»). Выпускался также детский журнал «Муш» («Пчела»). Издательский отдел комиссариата стал центром притяжения всех прогрессивных культурных сил удмуртского народа.

Комиссариат выпускал на удмуртском языке общественнополитическую литературу. Были переведены и изданы «Манифест Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса, Программа РКП (б), Конституция РСФСР, Программа Российского Коммунистического Союза Молодежи, Устав Российского Коммунистического Союза Молодежи, биографии К. Маркса и В. И. Ленина. Удмуртский народ впервые получил возможность читать на своем языке произведения классиков марксизма-ленинизма. Это оказывало огромное воздействие на формирование материалистического . мировоззрения и на воспитание трудящихся в духе интернационализма.

Комиссариат популяризировал классиков русской литературы. На удмуртском языке впервые вышли книги А. С. Пушкина, Л. Н. Толстого, А. Н. Островского, А. П. Чехова. Наряду с этим печатались произведения удмуртских писателей. Издательство комиссариата выпустило 33 названия агитплакатов и листовок, в том числе такие, как «Карл Маркс», «Что дала Октябрьская революция женщинам?», «Интернационал», «Идите в добровольцы Южного фронта», «Помогите фронту!», «Поможем красноармейцам и их семьям», «Обращение к удмуртам о текущих событиях», «Обращение к женщинам-удмурткам», «О продовольственном положении» и т. д.

Если с 1775 по 1912 г. на удмуртском языке вышло 124 названия книг, причем около 80 из них религиозно-нравственного, назидательного характера, то после революции только за один 1920 г. Удмуртский комиссариат издал более 100 книг, газет, журналов и плакатов, общий тираж которых достиг 1 089 100 экземпляров.

Печать на родном языке служила средством политического просвещения, подъема классового и национального самосознания удмуртского народа, приобщения его к достижениям русской и мировой культуры. Она поднимала на борьбу с внешними и внутренними врагами, помогала строить новую жизнь. Заслугой Удмуртского комиссариата является и то, что он впервые поставил вопрос об организации исследования всех сторон общественно-политической жизни, культуры и быта удмуртского народа с привлечением научных сил и приступил к осуществлению этой задачи. Его работники участвовали в исследованиях вопросов истории, языка, устного художественного творчества.

В стране осуществлялась коренная перестройка народного образования. Одним из важнейших мероприятий б ы л о введение преподавания в школах на родном языке.

В январе 1920 г. комиссариат вместе с отделами народного образования провел в Сарапуле, Новом Мултане, Цыпье и ряде других мест съезды-курсы учителей, ведущих занятия в удмуртских школах. На них обсуждался вопрос о перестройке преподавания в соответствии с положением о единой трудовой шкоЛе. В марте того же года по инициативе комиссариата в Сарапуле открылись годичные педагогические курсы по подготовке учителей для удмуртских школ. К их открытию была подготовлена обширная выставка по вопросам школьного образования и дошкольного воспитания. На ней экспонировалась новейшая педагогическая литература на удмуртском языке. Здесь же, в Сарапуле, начали действовать курсы по подготовке ликвидаторов неграмотности. В Малмыже и Сарапуле работали курсы по подготовке работников дошкольных учреждений. В Сарапуле, Глазове, Новом Мултане, Елабуге действовали педагогические курсы.

Удмуртский комиссариат изучал работу школ, помогал учителям и родителям в обучении и воспитании детей. Чтобы сорвать мероприятия Советской власти по народному образованию, вызвать отсев учащихся, враги распространяли слухи о том, что якобы ученикам будут ставить клеймо, записывать их в коммуну, и если придут белые, то красные всех учеников увезут с собой. Для пресечения подобной агитации работники комиссариата, удмуртских секций и отделов народного образования проводили собрания учащихся и родителей, на которых разъясняли политику партии и правительства по народному образованию, основные принципы советской школы.

Преобразования в области просвещения были встречены трудящимися с пониманием, они вызвали поворот в отношении масс к советской школе. Удмуртские крестьяне, например, по собственной инициативе создавали новые школы, предоставляли помещения для них, в ряде случаев брали на себя их содержание.

Партия и правительство предоставили трудящимся возможность получить; среднее и высшее образование. В марте 1920 г. комиссариат получил извещение о том, что для удмуртской молодежи выделено 100 мест в вузах страны. И туда были направлены удмуртские юноши и девушки.

Комиссариат и удмуртские секции оказывали содействие развитию социалистического по содержанию и национального по форме искусства. В деревнях и селах, воинских частях, учебных заведениях организовывались многочисленные кружки художественной самодеятельности. Спектакли, поставленные на родном языке, пользовались большим успехом. В Малмыжском уезде, например, на представления самодеятельной труппы приезжали крестьяне, жившие за 30—35 км. Часто пьесы переписывались от руки и распространялись по деревням. Любительская театральная труппа существовала и при Удмуртском комиссариате. Возникли также самодеятельное национальные хоровые, музыкальные и танцевальные коллективы. Культурно-просветительные кружки, народные дома, библиотеки, клубы, которые открывались в городах и селах, проводили большую культурно-просветительную работу и тем самым
способствовали политическому просвещению трудящихся, пробуждению их творческих сил и талантов.

В глазах удмуртского народа комиссариат стал авторитетным органом Советского государства. Сюда приезжало много крестьян, чтобы получить разъяснения по различным вопросам. Поступали и письма трудящихся. На них давались исчерпывающие ответы.

Крупным мероприятием, направленным на повышение активности удмуртского народа в строительстве новой жизни, явилась созванная комиссариатом по согласованию с ЦК РКП (б) Всероссийская конференция коммунистов-удмуртов. Подготовку к ней вела организационная комиссия под руководством И. А. Наговицына. Большую помощь оказали Вятский губком и уездные комитеты партии.

I Всероссийская конференция коммунистов-удмуртов проходила в Сарапуле с 6 по И июня 1920 г. В ней участвовали 62 делегата, большинство из которых были выходцами из крестьян. До Октябрьской революции в рядах партии состояло лишь несколько десятков удмуртов. На данной конференции делегаты представляли уже около 500 коммунистов-удмуртов. Кроме того, в то время 1500 удмуртских юношей и девушек состояли членами Российского Коммунистического Союза Молодежи. Это свидетельствовало о возрастании влияния революционных идей на удмуртские массы и росте сплоченности трудящихся удмуртов вокруг РКП (б).

Участники конференции направили приветственные телеграммы Председателю Совета Народных Комиссаров В. И. Ленину, Центральному Комитету РКП (б), Наркомнацу и Исполкому III Интернационала. В адрес конференции поступила приветственная телеграмма от Наркомнаца. Конференция обсудила назревшие вопросы политического, экономического и культурного строительства. С докладами выступили И. А. Наговицын, Т. К. Борисов, П. А. Стрелков, Г. А. Трефилов, В. А. Максимов, К. П. Чайников (беспартийный) .

Делегаты от имени удмуртского народа выразили готовность защитить завоевания Октября от посягательств иностранных интервентов. Было принято решение мобилизовать через уездные комитеты и волостные ячейки РКП (б) 10 процентов Коммунистов-удмуртов на Западный фронт. Кроме Того, специальная резолюция одобрила решения IX съезда партии и обязала всех коммунистов-удмуртов точно и неуклонно проводить их в жизнь.

Заслушав отчет Удмуртского комиссариата, конференция отметила как положительное то, что комиссариат добился оживления руководства политической и культурной работой среди удмуртов, и в то же время указала на необходимость дальнейшего подъема и развития организаторской, агитационно-пропагандистской и издательской деятельности.

Конференция одобрила продовольственную политику Советского правительства, в частности государственную монополию на торговлю хлебом и продовольственную разверстку, и предложила коммунистам-удмуртам приложить все усилия для успешного проведения продовольственной кампании 1920—1921 гг. Специальная резолюция содержала призыв к удмуртам беспощадно бороться со спекуляцией, самогоноварением, точно и неуклонно выполнять задания по продразверстке.

По земельному вопросу было принято решение, обязывающее коммунистов-удмуртов бороться за всемерное распространение коллективных форм хозяйства и прогрессивных методов земледелия.

Конференция подняла вопрос о необходимости усиления работы среди женщин-удмурток и удмуртской молодежи и наметила конкретные меры для выполнения этой задачи. По организационному вопросу было решено создать удмуртские секции при губернских и уездных комитетах партии (там, где их еще не было), а в волостных партийных ячейках, при политотделах Красной Армии и железных дорог ввести должности ответственных организаторов и агитаторов. Секции и ответственные организаторы подчинялись той партийной организации, при которой они находились. Заведующие секциями и ответственные организаторы при политотделах подлежали утверждению соответствующими губкомами партии, а волостные ответственные организаторы — уездными комитетами.

Бурное обсуждение вызвал вопрос о выделении удмуртов в отдельную административную единицу. Все делегаты единодушно и горячо поддерживали эту идею. Однако выявилось разногласие относительно сроков реализации. Одни настаивали на немедленном решении вопроса, другие считали нужным подождать его решения в центре. При голосовании сторонники того и другого мнения набрали равное количество голосов. Вечером собрался узкий круг делегатов, и И. А. Наговицын предложил доложить о дискуссии Центральному Комитету парТии й попросить, чтобы ЦК решил вопрос ііо своему усмоТрению. Это мнеийе объявили всем участникам конференции, и те согласились с ним.

Значение конференции состоит в том, что она поставила конкретные задачи социалистического строительства в Удмуртии с учетом местных условий. Ее решения способствовали сосредоточению партийных сил на их выполнении, практическому осуществлению национальной политики Коммунистической партии, сплочению трудящихся масс удмуртского народа под знаменем пролетариата, росту их активности в строительстве новой жизни.

Удмуртский комиссариат направил в адрес Вятского губкома партии официальное письмо, в котором подробно изложил мотивы образования автономии удмуртского народа и перспективы развития национальных отношений в ней. Письмо было принято к сведению и оглашено на очередном заседании губкома.

Делегаты конференции, разъехавшиеся по местам, выступили на собраниях коммунистов, заседаниях парткомов, познакомили с итогами конференции и принятыми на ней резолюциями. Так, собрание Глазовской партийной организации по докладу делегата Г. А. Трефилова, заведующего отделом национальностей, приняло следующую резолюцию: «Приветствовать это первое объединение партийных сил, работающих среди удмуртов. Собрание призывает партийный комитет оказать всемерное содействие товарищам удмуртам в усилении их партийной работы и поднятии культурного уровня удмуртских масс».

Резолюции конференции были разосланы в уездные и партийные комитеты. Получив их, Елабужский уездный комитет провел совещание секретарей ячеек и волостных организаторов РКП (б). Он нацелил его участников на усиление массовой политической и организаторской работы среди национальных меньшинств, рекомендовал проводить беспартийные конференции, субботники, военное обучение и культурно-просветительную работу.

Вслед за партийной конференцией состоялся Всероссийский съезд удмуртских работников просвещения и социалистической культуры, созванный также Удмуртским комиссариатом. Он проходил в Сарапуле, на нем присутствовало 245 делегатов. Съезд заслушал доклады о текущем моменте, об отношении Советской власти к национальным меньшинствам и о политической работе среди удмуртов, ряд докладов по культурному строительству. По обсужденным вопросам были приняты резолюции, направленные на усиление культурно-просветительной деятельности среди трудящихся.

После конференции и съезда работники комиссариата разъехались по уездам и волостям, чтобы разъяснить населению принятые постановления и организовать их выполнение. Вскоре И. А. Наговицын сделал доклады в ЦК РКП (б) и в Наркомнаце о деятельности Удмуртского комиссариата, о Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов и Всероссийском съезде удмуртских работников просвещения. Предложение об организации Удмуртской автономии встретило поддержку в ЦК РКП (б). Было признано, что наиболее приемлемой формой государственности для удмуртского народа является автономная область. Она соответствовала тогдашнему уровню его политического и экономического развития.

Участники событий тех времен вспоминают следующий примечательный факт. Когда В. И. Ленину доложили о желании удмуртов создать автономную область, он тут же высказал свое мнение: дать автономию.

При Центральном Комитете партии было образовано бюро агитации и пропаганды среди удмуртов с местопребыванием в Сарапуле. Его членами стали И. А. Наговицын (председатель), Т. К. Борисов, П. А. Стрелков, Г. А. Трефилов, Г. Н. Гусев, кандидатами — П. Ф. Поздеев и И. И. Постников.

Весть о подготовке к образованию Удмуртской автономии была встречена трудящимися с большой радостью и чувством благодарности Коммунистической партии, Советской власти, Владимиру Ильичу Ленину. Об этом свидетельствуют многочисленные телеграммы и письма, поступившие в комиссариат. Из Малмыжа и Елабуги, например, просили сообщить, в каком положении находится работа по созданию Удмуртской области, где проходят границы. Из Кукмора написали о том, что удмуртское население Мамадышского уезда ждет с нетерпением автономию. Из разных районов страны от удмуртов поступали заявления о желании приехать сюда работать.

Однако противники проведения в жизнь ленинской национальной политики не сложили оружия. Еще в январе 1920 г. некоторые работники Сарапульского уездного исполкома Совета высказались против образования Удмуртской автономной административной единицы. Они вынашивали идею создания так называемой Прикамской губернии. В августе сарапульские руководители утвердили на заседании уездного комитета партии решение о том, чтобы вопрос об образовании Удмуртской автономии «оставить открытым», а в сентябре приняли еще одно решение: убедить ЦК РКП (б), ВЦИК и Наркомвнудел ласти». Все это «аргументировалось» тем, что якобы удмуртское население слишком разбросано и в большинстве смешано с русским, что удмурты не интересуются своей нацией, работников-удмуртов почти нет, а имеющиеся не соответствуют, чтобы быть руководителями самостоятельного центра, что удмуртский народ «еще не подготовлен к общей работе».

В. И. Ленин считал, что право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения является неотъемлемым правом, выдвигаемым ходом исторического развития общества. Возражая Бухарину, отрицавшему право наций на самоопределение, В. И. Ленин говорил на VIII съезде РКП (б): «Не признать того, что есть,— нельзя, оно само заставит себя признать». Выдвигаемый Лениным тезис о праве наций на самоопределение был единственно правильным, научно обоснованным. В условиях многонациональной России он имел огромное политическое значение для сплочения революционных сил и укрепления дружбы народов. Признание права наций на самоопределение означало ликвидацию национального гнета. Более того, оно было направлено на ликвидацию шовинизма, недоверия наций друг другу, что мешало сближению пролетариев разных национальностей для совместной революционной борьбы против сопротивления свергнутых эксплуататорских классов, для построения коммунизма. Без признания права наций на самоопределение, говорил В. И. Ленин, «...социалистического общества мы никак не сможем построить».

И. А. Наговицын и другие коммунисты, стоявшие на ленинских позициях, желая поправить товарищей, ошибающихся в практическом осуществлении национальной политики партии, ссылались на высказывания В. И. Ленина о том, что именно проведением принципа самоопределения наций в жизнь великорусские коммунисты завоевывают доверие малых народов, отрывают их от влияния национальной буржуазии. Они убедительно доказывали, что образование Удмуртской автономной области не ослабит, а укрепит союз трудящихся всех национальностей и тем самым умножит силы Советского государства. «Мы совершенно не имеем в виду,— говорится в письме Удмуртского комиссариата, адресованном Вятскому губкому партии,— с провозглашением Вотской автономной области зажить сепаратно от остальных наших товарищей — коммунистов других национальностей или отделиться от масс других народов, замыкаясь только в свою национальную жизнь; ничего подобного в наших намерениях нет. Мы рассчитываем на помощь русских коммунистов и других народностей».

В выступлениях работников комиссариата подчеркивалось, что только с помощью русского народа и трудящихся других национальностей удмуртский народ добьется успехов в коммунистическом строительстве. Делегаты Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов, вернувшись домой, разъясняли трудящимся, что провозглашенное Октябрьской революцией право наций России на самоопределение позволит ликвидировать отставание малых народов в экономическом и культурном отношении. Опровергая домыслы великодержавных уклонистов об «удмуртском шовинизме», коммунисты-удмурты в упомянутом письме говорили, что с образованием автономной области «в наших органах, как партийных так и советских, будут одинаково принимать участие как удмурты, так и другие национальности», и коммунисты-удмурты не собираются поднимать вопрос о «большинстве представительства удмуртов или
русских в этих органах».

Коммунисты-удмурты сознавали, что в этот период не хватало подготовленных кадров из коренной национальности для работы в партийных, советских, хозяйственных и культурных организациях будущей автономной области. Они выражали надежду, что этот недостаток будет ликвидирован при братской помощи русского и других народов. «С большой благодарностью мы примем помощь наших товарищей без различия национальностей»,— заявили они.
Насущной задачей того времени являлось разоблачение контрреволюционной сущности буржуазной пропаганды, ее изоляция от трудовых масс, объединение революционных сил удмуртского народа с общей борьбой русского рабочего класса и трудового крестьянства, мобилизация трудящихся против призывов национальной буржуазии отказаться от классовой борьбы ради сохранения единства своей нации. Это имело решающее значение в борьбе за упрочение Советской власти. Удмуртский комиссариат и местные партийные органы много и упорно трудились над решением этой задачи.

Выполняя постановление Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов, бюро агитации и пропаганды и Удмуртский комиссариат преобразовали елабужскую стенную газету «Горд гырлы» в газету «Сюрло» («Серп»), первый номер которой вышел 17 июня 1920 г. Удмуртские газеты «Гудыри» и «Сюрло» проводили большую работу по идеологической подготовке народных масс к образованию Удмуртской автономной области, разоблачали классового врага, выступающего под маской «защитника» интересов удмуртского народа. Одной из важнейших задач, вставших перед Удмуртским комиссариатом, являлось привлечение широких масс удмуртского населения к активному участию в хозяйственно-политических кампаниях, направленных на оказание помощи фронту, на укрепление экономического положения страны. Эту работу комиссариат вел совместно с губернским и уездными партийными и советскими органами.

Ярким проявлением преданности новой власти стала неделя помощи Западному фронту. Партийные организации, Удмуртский комиссариат, бюро агитации и пропаганды при ЦК РКП (б), агитаторы и коммунисты-удмурты проводили митинги и беседы среди красноармейцев, рабочих и крестьян, разъясняли положение на фронте, записывали добровольцев в Красную Армию и на курсы по подготовке красных командиров. В сентябре состоялась конференция беспартийных удмуртов Сарапульского гарнизона, а в октябре красноармейцы удмурты отправились добровольно на Западный фронт. Население оказывало материальную помощь фронту.

Активно участвовал комиссариат также в проведении недели крестьянина. Он командировал в уезды и волости агитаторов, снабдив их плакатами и листовками. В помощь семьям красноармейцев были организованы воскресники по уборке, севу озимых и вывозке удобрений. Преодолевая кулацкую агитацию, работники комиссариата и удмуртских секций исполкомов Советов продолжали помогать крестьянам в создании сельскохозяйственных коммун и артелей.

В августе 1920 г. завершилось составление проекта административно-территориальных границ Удмуртской автономной области. И. А. Наговицын представил его в Наркомнац. Там подготовили проект правительственного декрета об образовании Удмуртской автономной области и 16 октября внесли его в Совнарком РСФСР. 19 октября СНК постановил передать проект декрета в межведомственную комиссию представителей Наркомнаца, Наркомвнудела, Наркомпрода, Наркомвоена и Наркомзема. 22 октября состоялось объединенное заседание представителей Татарской автономной республики, Чувашской автономной области, мари и удмуртов по вопросу о разграничении областей. 23 октября вопрос об образовании Удмуртской автономной области рассматривался на расширенном совещании коллегии Наркомнаца в присутствии представителей других наркоматов и заинтересованных народов.

2 ноября проект декрета об образовании Удмуртской, Калмыцкой и Марийской автономных областей обсудил Совнарком РСФСР под председательством В. И. Ленина. В его рассмотрении участвовали представители местных организаций: И. А. Наговицыи (Удмуртская область) и С. А. Черняков (Марийская область). В проект декрета Председатель Совнаркома РСФСР В. И. Ленин внес существенные поправки. В частности, в фразе «автономные области трудовых народов — калмыцкого, марийского и вотяцкого в территориях их национального преобладания» последние слова — «в территориях их национального преобладания» — Владимир Ильич зачеркнул. Во втором пункте проекта имелись слова «окончательное установление границ». Ленин убрал слово «окончательное».

Поправки В. И. Ленина имели и имеют важное теоретическое и практическое значение. Они касаются принципов определения границ при образовании национально-территориальных автономий. Ленин считал, что при проведении административного деления, определении территориальных границ необходимо учитывать факторы не только национальные, но и экономические. В зависимости от обстоятельств, сложившихся в результате исторических, экономических и других процессов, тот или другой фактор может быть выдвинут на первое место. В. И. Ленин показал образец марксистского подхода к решению одного из вопросов национально-государственного строительства.

Насколько глубоко был прав Ленин в этом, подтвердили события последующих лет. В 1924 г. декретом ВЦИК РСФСР Карсовайская волость Омутнинского уезда Вятской губернии была причислена к Удмуртской автономной области. В 1937 г. в состав Удмуртской АССР были включены Сарапульский, Боткинский, Каракулинский, Киясовский районы, города Сарапул и Воткинск, относившиеся до этого к Кировской области. Эти изменения вызывались потребностями экономического развития. В годы первых пятилеток произошло расширение и реконструкция промышленных предприятий Ижевска. В связи с этим возросла их потребность в усилении хозяйственных связей с предприятиями Воткинска и Сарапула, чему в определенной мере препятствовал тот факт, что эти два города оказались за пределами нашей республики. Изменение административных границ УАССР расчистило путь к формированию на ее территории  хозяйственно-экономического комплекса. В 1939 г. из Кировской области вошел Кизнерский район, присоединение которого вызывалось значительным процентом в нем удмуртского населения и экономическими связями с Удмуртией.

4 ноября 1920 г. является знаменательным днем в истории трудящихся нашей республики. Именно тогда Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров РСФСР приняли постановление об образовании Удмуртской (Вотской) автономной области.

Декрет об образовании УАО подписали Председатель СНК РСФСР В. И. Ленин и Председатель ВЦИК М. И. Калинин. Установление границ и выработка положения об автономной области этим же декретом возлагались на комиссию из представителей Наркомнаца, Наркомвнудела и Наркомзема с участием представителей заинтересованной национальности и заинтересованных губисполкомов.

Весть об образовании автономной области молниеносно распространилась по всей Удмуртии. Этот исторический акт был восторженно встречен удмуртским народом, всеми трудящимися области. Повсеместно состоялись митинги, собрания, конференции, с трибун которых произносились слова приветствия и глубокой благодарности Коммунистической партии, Советскому правительству, В. И. Ленину. Так, собрание граждан с. Можги Можгинской волости постановило: «Приветствовать нашу Советскую власть, которая дала нам, удмуртам, право на самоопределение и дала автономную область»9. Примечательно то, что многие рабочие-удмурты Ижевского завода решили отметить это событие вступлением в ряды партии. Коммунисты Сарапула на своем общегородском собрании, приветствуя декрет ВЦИК и СНК, обратились с призывом к трудящимся удмуртам еще теснее сплотиться вокруг партии, еще дружнее защищать свое социалистическое Отечество от врагов, бороться с разрухой и «осуществить полную победу коммунистического строя».

В связи с образованием автономной области усилился поток писем и заявлений от удмуртов из разных уголков страны в комиссариат с просьбой отозвать их на работу в Удмуртию. Для разъяснения исторического и политического значения декрета об образовании УАО бюро агитации и пропаганды при ЦК РКП (б) и комиссариат командировали агитаторов, многих курсантов Сарапульской партийной школы во все уезды с удмуртским населением. Одновременно были проведены волостные и уездные конференции беспартийных женщин-удмурток и удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. На них избирались делегаты на Всероссийские конференции женщин-удмурток и удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. Кампания по подготовке и проведению конференций прошли под знаком усиления помощи Красной Армии. Население дружно откликалось на призыв о проведении сборов в помощь фронтовикам.

В конце декабря в Сарапуле состоялась Всероссийская конференция женщин-удмурток. Она сочла необходимым создать женское бюро при Удмуртском комиссариате и секции удмуртских женщин при партийных и советских органах. В начале января 1921 г. в Сарапуле прошла Всероссийская конференция удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. На ней с докладом о VIII Всероссийском съезде Советов выступил делегат съезда агитатор Удмуртского комиссариата В. М. Рыбаков. Участники конференции обязались проводить в жизнь все резолюции и постановления съезда. Они выразили солидарность с программой и уставом РКСМ и постановили «неуклонно вести работу среди удмуртской молодежи».

Конференция избрала бюро по работе среди молодежи и поручила ему подготовку конференции Коммунистического Союза Молодежи Удмуртской автономной области. Обе состоявшиеся конференции имели большое значение для подъема политического сознания удмуртского народа и его активности в строительстве социализма.

Еще до конференции правительственная комиссия по определению границ и выработке положения об Удмуртской автономной области, ознакомившись с представленными И. А. Наговицыным материалами, направила их в Вятский губисполком для обсуждения на совещании представителей уездов. Оно состоялось 1 декабря 1920 г. На нем присутствовали представители губисполкома, в том числе заведующий отделом национальностей, комиссар Удмуртского комиссариата, представители Глазовского, Малмыжского и Слободского уездов. На совещании обсуждался проект границ Удмуртской автономной области, затем он рассматривался в губкоме партии и губисполкоме.

Вскоре И. А. Наговицын вновь приехал в Москву. Там он обратился в правительство с просьбой о демобилизации бывших партийных и советских работников-удмуртов, служивших в то время в Красной Армии, чтобы они смогли работать у себя на родине. Одновременно с этим Наговицын консультировался в правительстве и ЦК партии относительно учреждения временных руководящих органов области. Комиссариат в это же время выявлял через удмуртские секции исполкомов Советов работников-удмуртов как коммунистов, так и беспартийных, которых можно было бы использовать в аппарате управления областью. В каждой волости проводился также учет грамотных удмуртов.

В конце декабря состоялось совещание правительственной комиссии по определению границ и выработке положения об Удмуртской автономии. Комиссия решила передать дело на рассмотрение во ВЦИК. 5 января 1921 г. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принял постановление о границах Удмуртской автономной области. В нее вошли 27 волостей Глазовского уезда, 18—Сарапульского, 14—Елабужского, 12 — Малмыжского уезда, города Глазов и Ижевск. Население области составляло 693 540 человек, из них 59%—удмурты. Область граничила с севера и запада с Вятской губернией, с юга — с Татарской АССР и с востока — с Пермской губернией.

ЦК РКП (б) утвердил состав ревкома Удмуртской автономной области во главе с И. А. Наговицыным и областное бюро РКП (б) во главе с С. П. Барышниковым. В руках этих временных органов сосредоточилась вся полнота власти, они приступили к руководству государственным, хозяйственным и культурным строительством. С образованием Удмуртской автономной области и ее временных руководящих органов задачи Удмуртского комиссариата и бюро агитации и пропаганды среди удмуртов при ЦК РКП (б) исчерпались, и их деятельность прекратилась.

В январе — феврале 1921 г. под руководством областного бюро РКП (б) прошли уездные партийные собрания, которые избрали уездные комитеты и делегатов на I областную партийную конференцию. Она проходила с 27 февраля по 1 марта 1921 г. в Глазове. Ее участники обсудили отчет областного бюро РКП (б), доклады с мест, доклад о хозяйственном строительстве, избрали областной комитет партии. Первым секрета-рем был избран С. П. Барышников, один из активных борцов за Советскую власть. Обком партии и ревком направили свои усилия на организацию областного и уездного аппаратов управления, обеспечение их кадрами, проведение важнейших хозяйственно-политических кампаний, очередных выборов в Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

В связи с трудностями в укомплектовании аппарата партийных, государственных, хозяйственных и общественных организаций встал вопрос о переводе областного центра из Глазова в Ижевск, являвшийся по масштабам того времени крупным промышленным центром с наличием многочисленных организаций и значительных культурных сил.

Необходимость этого диктовалась не только потребностями в кадрах. Перевод центра в Ижевск создавал более благоприятные условия для обеспечения пролетарского руководства крестьянскими массами, дальнейшего укрепления союза рабочего класса и крестьянства. Надо было также учитывать возрастакэщёе Шіиянйе Ижевска на хозяйственную й культурную жизнь области. Учитывая это, обком партии возбудил ходатайство по данному вопросу перед центральными органами. Президиум ВЦИК утвердил перевод центра в Ижевск.

16 июля 1921 г. в Ижевске состоялся I съезд Советов УАО. Он определил задачи хозяйственного и культурного строительства в Удмуртии, избрал облисполком и его председателя. Им стал И. А. Наговицын.

В этот период завершилось также организационное оформление областных комсомольской и профсоюзной организаций. С образованием автономии удмуртский народ впервые за свою многовековую историю обрел национальную государственность, получил право пользоваться родным языком во всех сферах общественно-политической жизни, право широкого участия в работе органов государственной власти и управления хозяйственным и культурным строительством. Это оказало огромное воздействие на приобщение удмуртского народа к активному социалистическому строительству, на ликвидацию его экономической и культурной отсталости, на формирование удмуртской социалистической нации, на развитие новых национальных взаимоотношений, основанных на принципах пролетарского интернационализма. Это послужило укреплению диктатуры пролетариата, союза рабочего класса с крестьянством,
расширению экономических и культурных связей удмуртского народа со всеми народами нашей страны.

Учитывая успехи трудящихся Удмуртии в социалистическом строительстве, а также предложения партийных и советских органов области, Президиум Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета 28 декабря 1934 г. постановил: «...Удмуртскую автономную область в соответствии с волеизъявлением ее трудового населения преобразовать в существующих границах в Удмуртскую Автономную Советскую Социалистическую Республику».

12 января 1935 г. I съезд Советов Удмуртской АССР подвел итоги и наметил очередные задачи хозяйственного и культурного строительства, избрал Центральный Исполнительный Комитет и образовал правительство Удмуртской АССР.

Достижения удмуртского народа в строительстве социализма в братской семье народов СССР нашли яркое выражение в первой Конституции Удмуртской АССР, которая была утверждена после всенародного обсуждения 14 марта 1937 г. II Чрезвычайным съездом Советов Удмуртской АССР.

Успехи в национально-государственном строительстве были достигнуты только благодаря тому, что ленинская национальная политика полностью отвечала интересам трудящихся масс. Коммунистическая партия, Советское правительство постоянно проявляли заботу о повышении активности народов нашей страны в строительстве социализма, о расцвете их экономики и культуры. Партия выступала как подлинная защитница интересов трудящихся, как стойкий борец за политическое, экономическое и культурное равенство и процветание всех народов. Сознание этого способствовало тесному интернациональному сплочению трудящихся под знаменем марксизма-ленинизма.

Образование государственности Удмуртского народа

 

Великая Октябрьская социалистическая революция впервые в истории человечества освободила трудящиеся массы от эксплуатации, социального и национального гнета. Установление власти рабочего класса, общественной собственности на средства производства заложило прочный фундамент свободного развития всех наций и народностей, их тесного единения и дружбы.

 

Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов в самый разгар вооруженного восстания в Петрограде принял воззвание «Рабочим, солдатам и крестьянам!», в котором провозглашалось подлинное право на самоопределение всех наций, населяющих Россию. На вновь образованный Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац) возлагалось осуществление национальной политики партии и государства.

 

Советское правительство в опубликованной в ноябре того же года «Декларации прав народов России» провозгласило равенство и суверенность народов страны, их право на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства, отмену всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений, свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп. В январе 1918 г. III Всероссийский съезд Советов принял «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Советская Российская Республика, говорилось в ней, утверждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация советских национальных республик.

 

Съезд предоставил рабочим и крестьянам каждой нации возможность принять решение на своем собственном полномочном советском съезде, желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном правительстве и в остальных федеральных, советских учреждениях.

 

Первые законодательные акты Советского государства, отразившие положения ленинской программы партии по национально-государственному строительству, послужили основой движения трудящихся масс ранее угнетенных народов, в том числе и удмуртского, за образование национальной государственности в формах, соответствующих национальным особенностям народов, уровню их экономического, культурного и политического развития. Партия исходила из того, что предоставление национальной государственности освобожденным народам сделает Советскую власть близкой, понятной и родной для трудящихся всех национальностей, что осуществление политического равноправия народов будет способствовать упрочению их дружбы, основанной на полном взаимопонимании и доверии друг к другу.

 

При Наркомнаце стали создаваться национальное отделы и комиссариаты, ставшие полномочными представителями народов страны. На местах при губернских и уездных Советах были сформированы губернские и уездные национальные отделы и секции. Через них осуществлялась постоянная связь, общение Наркомнаца с трудящимися массами национальных районов Советской России, они являлись проводниками политики партии по национальному вопросу.

 

С победой социалистической революции началась борьба за преодоление социально-экономической и культурной отсталости народов страны, в том числе и удмуртского. Самоопределение, предоставление возможности создать свою государственность являлись верным путем к ликвидации этой отсталости. Как этническая группа удмурты были расселены компактно. Основная часть их проживала в Вятской губернии между Вяткой и Камой. Огромные леса Удмуртии, близость к уральским источникам сырья, удобные транспортные связи, наличие квалифицированных рабочих на Ижевском и Боткинском заводах открывали благоприятные перспективы для интенсивного развития народного хозяйства и в особенности — промышленности, создавали условия для укрепления союза рабочего класса и крестьянства.

 

Удмуртская национальная буржуазия стремилась взять в свои руки руководство движением удмуртского народа за образование национальной государственности, решить вопрос о самоопределении. Она разработала своего рода программу, в которой выдвигалось требование предоставления удмуртскому народу автономного областного самоуправления, но без Советов, без диктатуры пролетариата.

 

В первой половине 1918 г. развертывается деятельность Елабужского удмуртского совета, созданного по инициативе группы удмуртской интеллигенции. Во главе его находился К. С. Яковлев, учитель, редактор правоэсеровской газеты «Виль синь» («Новое око»). Совет неоднократно поднимал вопросы самоуправления и образования государственности удмуртского народа. В марте 1918 г. К. С. Яковлев через свою газету обратился к удмуртскому населению с призывом высказать свое мнение относительно вхождения удмуртов в Урало-Волжские штаты, которые должны были представлять независимо от Советской России буржуазное «татарское государство». Татарские буржуазные националисты предлагали удмуртам войти в состав этого государства.

 

Весной 1918 г. идет подготовка к I Всероссийскому съезду удмуртов, которому предстояло решить ряд вопросов национального строительства.

 

Елабужский удмуртский совет задолго до съезда разослал по волостям с удмуртским населением письма с рекомендацией обсудить на сходах такие вопросы: об образовании самостоятельного удмуртского штата; о вхождении удмуртов вместе с чувашами, марийцами и татарами в областную Урало-Волжскую федерацию; о вхождени удмуртов вместе с русскими в Уральский штат; об образовании самостоятельной удмуртской губернии; об образовании самостоятельных удмуртских волостей и уездов; об образовании Центрального комиссариата по делам удмуртов; об узаконении удмуртского языка наравне с русским в качестве официального языка; о передаче дела народного образования в руки удмуртов; о выпуске книг и газет; об удмуртских Советах, об удмуртской кооперации; о пропорциональных выборах. Последнее означало представительство депутатов в Советах пропорционально национальному составу

волости, уезда, губернии, то есть предлагалось классовый подход к выборам депутатов в Советы подменить национальным, что могло привести к ослаблению или даже ликвидации диктатуры пролетариата.

 

В мае—июле 1918 г. Елабужский удмуртский совет организовал в каждом удмуртском селении уезда обсуждение вопроса об образовании чисто удмуртских волостей. В Малмыже под влиянием К. С. Яковлева К. П. Чайников (литературный псевдоним — Кузебай Герд) создал национальное общество «Удмурт» с филиалами почти во всех волостях уезда с удмуртским населением. Это общество пыталось создать чисто удмуртские волости.

 

Удмуртские буржуазные элементы хотели по-своему, исходя из своих интересов, решить вопрос о государственном самоопределении удмуртского народа. Не случайно в их документах нет даже намека на то, что государственное самоопределении удмуртского народа должно произойти на основе Советской власти. Об этом говорят также такие факты, как обсуждение вопросов об образовании самостоятельных удмуртских волостей и уездов, о введении пропорциональных выборов, создании таких организаций, как удмуртские Советы.

 

Коммунистическая партия, В. И. Ленин указывали на необходимость образования автономии на советской основе и разоблачали попытки буржуазии использовать автономию как форму государственности для прикрытия своих устремлений к власти. Руководствуясь этими указаниями, коммунисты-удмурты, прибывшие с фронтов, вступили в борьбу с буржуазными идеологами. Из их числа в Елабуге под руководством заведующего отделом народного образования исполкома уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов Т. К. Борисова создается группа, которая берет в свои руки газету «Виль синь», вытеснив из ее редакции эсера К. С. Яковлева. В газете начинают публиковаться статьи, в которых с марксистско-ленинских позиций освещается политика Советской власти, события внутренней и международной жизни. Эта группа наладила связи с местными партийными и советскими организациями, активно

включилась в подготовку I Всероссийского съезда удмуртов, который должен был от имени всего удмуртского народа выразить отношение к вопросу о вхождении в состав РСФСР. Имелось два пути его решения: вхождение Удмуртии в РСФСР непосредственно в качестве автономной единицы или вхождение ее через Советскую Татаро-Башкирскую республику, проект создания которой в то время готовился. По-видимому, данная проблема вызвала дискуссию среди руководителей движения за образование государственности удмуртского народа. За несколько дней до открытия съезда в газете «Виль синь» коммунист М. П. Прокопьев опубликовал статью «О Татаро-Башкирской республике». В ней автор высказался за то, чтобы удмурты вошли в состав РСФСР не через Татаро-Башкирскую республику, а непосредственно. М. П. Прокопьев пропагандировал идею единения удмуртов с русскими, подчеркивал прогрессивное

значение этого для судеб удмуртского народа: «Для нас самое большое и самое светлое окно прорублено со стороны русского народа».

 

В конце июня 1918 г. в Елабуге собрался I Всероссийский съезд удмуртов. Большинство делегатов составляли крестьяне и учителя, но были также попы, кулаки, бывшие офицеры. Коммунисты представляли сплоченную группу. Председателем съезда единогласно был избран М. П. Прокопьев. На съезде развернулась упорная борьба коммунистов против эсеров и националистов. Под влиянием коммунистов предварительно выработанная Елабужским удмуртским советом повестка дня изменилась. Некоторые вопросы, выдвинутые националистическими элементами, были отклонены и не представлены на обсуждение, в частности о введении пропорциональных выборов и создании удмуртских Советов. Другие вопросы вошли в повестку дня в измененной формулировке (например, появился вопрос о просвещении удмуртского народа вместо предлагавшегося вопроса о передаче дела народного образования в ведение удмуртов; о снабжении и кооперировании удмуртского населения вместо вопроса об удмуртской кооперации). Проблема образования

Урало-Волжских штатов отпала в связи с разгромом татарской буржуазии, выдвигавшей эту идею.

 

Съезд рассмотрел вопросы об отношении удмуртов к созданию Татаро-Башкирской республики и Прикамской губернии, об образовании отдельных удмуртских волостей и ряд других. Делегаты съезда отклонили предложение о вхождении удмуртов в Татаро-Башкирскую республику. Почти единогласно они проголосовали за образование административной единицы, которая объединила бы удмуртов, проживающих в Вятской, Казанской, Уфимской и Пермской губерниях.

 

Съезд от имени удмуртского народа приветствовал и одобрил Российскую Федеративную Республику Советов, он призвал «соблюдать общее единение с русскими гражданами и составлять с ними единое государство». Делегаты съезда выразили беспокойство и сомнение по поводу предложения о выделении чисто удмуртских волостей. Некоторые из них спрашивали, не вызовет ли это ухудшения отношений с русскими.

 

В дни, когда проходил I Всероссийский съезд удмуртов, Т. К. Борисов, находившийся на V Всероссийском съезде крестьянских Советов, был на приеме у И. В. Сталина и получил от него указания, касающиеся национального строительства в Удмуртии. Вернувшись в Елабугу, он выступил с докладом о поездке на заседании исполкома уездного Совета. По его предложению уисполком принял решение об образовании Елабужского уездного комиссариата по делам национальностей. С этого момента прекратилось существование Елабужского удмуртского совета. В том же 1918 году свернулась деятельность и других удмуртских националистических организаций. Инициатива в руководстве делами национального строительства, в том числе и самоопределения

удмуртского народа, перешла целиком в руки коммунистов.

 

Коммунисты разоблачали перед трудящимися антинародную сущность деятельности своих противников. В противовес идеям буржуазии они пропагандировали ленинскую программу по национальному вопросу, разъясняли сущность первых декретов Советской власти и осуществляли практические шаги по их реализации на местах. Не случайно в ходе острой борьбы вокруг проблем, обсуждаемых на I Всероссийском съезде удмуртов, по многим вопросам повестки дня были приняты правильные решения. Однако государственному самоопределению удмуртского народа пытались также помешать великодержавно настроенные работники Сарапульского уезда. Весной 1918 г. они выдвинули проект создания Прикамской губернии, который в отличие от проекта, выдвинутого на I Всероссийском съезде удмуртов, не учитывал экономических особенностей и национальных интересов не только удмуртов, но и татар, башкир, проживающих в Прикамье. В ее состав предполагалось включить Елабужский и Сарапульский уезды. Такая попытка встретила сопротивление в Народном комиссариате внутренних дел РСФСР. Позднее, в 1920 г., Совнарком РСФСР вынес постановление о недопустимости образования Прикамской губернии.

 

В июле 1918 г. при Наркомнаце РСФСР был образован Удмуртский отдел во главе с М. П. Прокопьевым, уполномоченным I Всероссийским съездом удмуртов. Выбор его кандидатуры объяснялся тем, что Прокопьев пользовался большим доверием среди коммунистов как революционер и активный борец за Советскую власть.

 

Еще будучи учащимся Казанской учительской семинарии, он втянулся в подпольную революционную деятельность. После окончания семинарии вел пропаганду марксистских идей среди учителей и крестьян. В годы первой мировой войны Прокопьев был мобилизован в армию. Там вступил в партию большевиков. После возвращения с фронта участвовал в установлении и упрочении Советской власти в родных краях. Избирался членом Осинского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов Пермской губернии. М. П. Прокопьев был поэтом, автором первого перевода на удмуртский язык пролетарского гимна «Интернационал».

 

В задачи отдела входило создание тесного союза удмуртского народа со всеми национальностями, живущими на территории РСФСР, устранение всякого недоверия к русским, которое было порождено политикой царизма; вовлечение трудящихся Удмуртии в политическое, хозяйственное и культурное строительство наравне со всеми трудящимися РСФСР. Образование Удмуртского отдела при Наркомнаце объяснялось необходимостью закрепления завоеваний Октябрьской революции, проведения социалистических преобразований в государственном, хозяйственном и культурном строительстве в Удмуртии.

 

Было выработано положение об удмуртских организациях Наркомнаца. В нем указывались задачи удмуртских секций при исполкомах местных Советов, их организационная структура и порядок взаимоотношений с другими органами. Удмуртский отдел при Наркомнаце составил развернутый план своей деятельности. Работники отдела установили тесные связи с существовавшими удмуртскими секциями при исполкомах Советов и организовали новые, распространяли среди коренного населения политические брошюры. На удмуртский язык были переведены и изданы «Программа Российской социал-демократической партии (большевиков)», брошюра К. Либкнехта «Пауки и мухи». Выпускались плакаты и листовки, издавались сельскохозяйственный журнал «Удмурт калыклы кулэкенешъёс» («Полезные советы удмуртскому народу») и первая удмуртская большевистская газета «Гудыри» («Гром»).

 

По инициативе Удмуртского отдела было положено начало массовой подготовке учителей из удмуртов. В деревнях создавались культурно-просветительные кружки, в которых проводились чтения, беседы и лекции на родном языке. Впервые на удмуртском языке ставятся спектакли, которые оставляют глубокое впечатление у зрителей. Возникает идея создания национального театра, который может стать могучим орудием просвещения народа.

 

Все эти мероприятия осуществлялись в условиях начавшейся в стране гражданской войны и иностранной интервенции. Осенью 1918 г. в Ижевско-Воткинском районе вспыхнул белогвардейско-эсеровский мятеж. В связи с этим все силы местных партийных и советских органов были мобилизованы на его подавление. Работники Удмуртского отдела, а также национальных отделов и секций при исполкомах Советов вместе с партийными организациями и под их руководством вели борьбу с контрреволюцией, направляя усилия на подъем политического сознания и активности трудящихся. В ноябре 1918 г. мятеж был подавлен, и работа по национально-государственному строительству вновь активизировалась. Заведующий Удмуртским отделом при Наркомнаце М. П. Прокопьев составил проекты административно-территориальных границ и Конституции Удмуртской автономной трудовой коммуны.

 

Вятская губерния, куда входила территория нынешней Удмуртской АССР, была многонациональной. Более миллиона, или одну треть, ее населения составляли нерусские: удмурты, марийцы, татары, чуваши, башкиры, коми-пермяки и другие. Естественно, что в работе партийных и советских органов губернии, как и в некоторых других районах страны с многонациональным населением, имелись свои особенности. Одна из них заключалась в организационной структуре губернского и уездных советских и партийных органов — наличии в них отделов и секций по делам национальностей. При Вятском губкоме партии имелись мусульманская, удмуртская и латышская секции (первые сведения об их существовании относятся к началу 1919 г.). В уездных комитетах партии

также функционировали национальные секции. Так, при Елабужском укоме имелись секции по делам удмуртов, мусульман, мари, кряшен. В Сарапульском укоме партии было создано бюро национальностей. Национальные секции имелись при Ижевском и Боткинском райпарткомах. Руководство национальным строительством на местах осуществлялось главным образом через эти организации.

 

В феврале 1919 г. по указанию губкома партии национальный отдел Вятского губисполкома провел в Малмыже губернский съезд национальных меньшинств, который оживил организаторскую, политико-просветительную и культурно-массовую работу среди трудящихся.

 

Вопросы национального строительства постоянно находились в центре внимания губернской партийной организации. Партийные органы стремились к тому, чтобы установить тесный контакт с национальными секциями, получить от них своевременную информацию о ходе работы. Для этого представители национальных секций приглашались на заседания губернского и уездных комитетов партии, заслушивались отчеты об их деятельности.

 

В марте 1919 г. заведующий Удмуртским отделом при Наркомнаце М. П. Прокопьев созвал II Всероссийский съезд трудящихся удмуртов. Съезд собрался в Сарапуле, но с началом наступления войск Колчака на запад работа его была перенесена на родину М. П. Прокопьева в село Нырья Ядыгерской волости Мамадышского уезда Казанской губернии. На нем обсуждались вопросы о помощи Красной Армии, развитии сельского хозяйства и культурного строительства. Съезд вынес постановление об образовании Удмуртского комиссариата. Его решения сыграли большую роль в сплочения трудящихся масс удмуртского народа под интернациональным знаменем Советской власти в борьбе за строительство новой жизни.

 

Весной 1919 г. деятельность Удмуртского отдела при Наркомнаце и местных национальных отделов при Советах прервало наступление колчаковских войск на территорию Удмуртии. Работники этих учреждений были мобилизованы в Красную Армию. Они вели политическую работу среди красноармейцев и населения, с оружием в руках отстаивали Советскую власть. В те дни, когда решалась судьба Советской власти, заведующий отделом М. П. Прокопьев добровольно ушел на Восточный фронт и погиб смертью героя.К лету территория Удмуртии была очищена Красной Армией от колчаковских войск. Возобновили работу национальные отделы и секции. По указанию Вятского губкома партии и губисполкома осенью в уездах проводились съезды нацменъшинств.

 

В конце сентября 1919 г. в Сарапуле прошел III Всероссийский съезд удмуртов, в организации которого активно участвовали работники-коммунисты удмуртской секции отдела нацменьшинств Елабужского исполкома Советов, политотдела 2-й армии, работники Сарапульского уездного комитета партии. Он рассмотрел ряд вопросов хозяйственного и культурного строительства. Поскольку реализации решения предыдущего съезда о создании Удмуртского комиссариата помешала война, делегаты III Всероссийского съезда вернулись к этому вопросу. Удмуртский комиссариат при Наркомнаце РСФСР был создан. Местопребыванием его стал Сарапул. В состав комиссариата вошли Т. К. Борисов, В. А. Максимов, П. А. Стрелков, Г. Н. Гусев, П. Н. Бурбуров. За исключением последнего все являлись коммунистами.

 

Председателем коллегии комиссариата избрали Т. К. Борисова. В то время среди удмуртов он был одним из немногих, имеющих высшее образование. В годы первой мировой войныслужил полковым врачом. На фронте вступил в ряды большевистской партии. По возвращении на родину активно участвовал в укреплении Советской власти. Т. К. Борисов — основатель и первый редактор газеты «Гудыри» («Гром»). До избрания на должность комиссара по делам удмуртов работал заведующим отделом народного образования исполкома Елабужского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов, являлся членом уездного комитета РКП (б).

 

Вскоре Т. К. Борисов и Г. Н. Гусев представили в Наркомнац решения съезда. Здесь, в Наркомнаце, их познакомили с И. А. Наговицыным. В то время он работал секретарем и заведующим земельной, продовольственной и кооперативной секциями Центральной школы советской и партийной работы, позднее преобразованной в Коммунистический университет им. Я. М. Свердлова. Во время встречи Борисов и Гусев узнали, что Наговицын — удмурт, член большевистской партии с 1905 г., профессиональный революционер, сидел в тюрьме, отбывал наказание в сибирской ссылке, недавно вернулся из эмиграции. Перед ними предстал человек, прошедший суровую революционную школу, имеющий богатый опыт организаторской и пропагандистской деятельности. Они пригласили Наговицына на работу в Удмуртский комиссариат, и тот согласился. Коллегия Наркомнаца в октябре 1919 г. вынесла постановление об утверждении Удмуртского комиссариата. Комиссаром по делам удмуртов ЦК РКП (б), по предложению Т. К. Борисова, назначил И. А.

Наговицына.

 

В тяжелых условиях начинал работу Удмуртский комиссариат: темнота, невежество, нищета, болезни, гражданская война, недостаток хлеба, топлива, товаров...

 

Перед Удмуртским комиссариатом, удмуртскими секциями при исполкомах Советов стояли такие задачи: создание тесного союза удмуртского народа со всеми национальностями, живущими в РСФСР; устранение всякого недоверия к русским, которое было порождено политикой царского самодержавия; вовлечение удмуртских масс наравне со всеми трудящимися страны в политическое и культурное строительство и выполнение задач, стоящих перед Советской республикой; представительство интересов удмуртского народа в Наркомнаце; оказание юридической помощи удмуртскому населению; изучение материальной и духовной культуры удмуртов, природы края; проведение мер, направленных на подъем экономики.

 

Как видим, круг задач, поставленных перед Удмуртским комиссариатом, в сравнении с теми, что стояли перед Удмуртским отделом, значительно шире. Комиссариат был уполномочен осуществлять непосредственное руководство и контроль за работой всех удмуртских секций, существовавших при исполкомах Советов. Деятельность его в свою очередь подлежала контролю со стороны местной и центральной власти. Вся эта работа должна была завершиться организацией Удмуртской автономной административной единицы. Выполнение задач, поставленных партией и правительством перед Удмуртским комиссариатом, имело важное значение для закрепления завоеваний Октябрьской революции, приобщения удмуртского народа к социалистическому строительству, воспитания трудящихся в духе интернационализма.

 

В комиссариате было организовано три отдела: общий (заведующий Т. К. Борисов, он же заместитель комиссара), агитационно-инструкторский (заведующий П. А. Стрелков), издательский (заведующий И. С. Михеев, после него—К. П. Чайников). В первые дни шло комплектование аппарата. Выявлялись удмурты, находившиеся в волостных и уездных исполкомах Советов, запрашивались у волостных комитетов партии, исполкомов списки коммунистов-удмуртов, желавших работать в комиссариате. Было подобрано несколько агитаторов-инструкторов и работников издательства. Подбор кадров шел с большими трудностями. Приходилось с известной осторожностью использовать людей, не прошедших школу революционной борьбы, но готовых отдать свои знания и силы просвещению удмуртского народа. Почти все ответственные работники комиссариата являлись коммунистами, среди них имелись представители рабочего класса — И. А. Наговицын, Г. Н. Гусев, Д. А. Майоров и другие, составляющие политически закаленное ядро коллектива.

 

И. А. Наговицын писал: «Требуются работники, а их нет. Нужно их создавать заново из того материала, который имеется под руками. Этих работников мы должны выработать массами, годных для всякой работы». Руководители комиссариата при содействии Сарапульского уездного комитета партии возбудили перед ЦК РКП (б) ходатайство об открытии в Сарапуле советско-партийной школы, и она была открыта 15 февраля 1920 г. Непосредственное руководство ею осуществлялось Удмуртским комиссариатом и Сарапульским уездным комитетом партии, а позднее —бюро агитации и пропаганды ЦК РКП (б) по работе среди удмуртов. Занятия проводились по плану Коммунистического университета им. Я. М. Свердлова. Здесь учились рабочие, крестьяне, красноармейцы. В

школу принимались в первую очередь члены РКП (б) и РКСМ, а также беспартийные, которые, как правило, оканчивали школу уже членами РКП (б). Преобладающую часть слушателей составляли удмурты и русские, были представители и других национальностей. Комиссариат и уездный комитет партии постоянно заботились об улучшении состава слушателей. С этой целью уездная партийная конференция в мае 1920 г. заслушала доклад И. А. Наговицына о работе партийной школы (он одновременно заведовал ею). В своем решении конференция обязывала партийные органы более тщательно подбирать кандидатуры слушателей.

 

За время своего существования партийная школа выпустила 228 человек, в том числе 91 удмурта и 58 женщин. Около 50 слушателей, не закончив учебы, добровольно ушли на фронт. Выпускники поступали в распоряжение Сарапульского укома партии и назначались в уездные и волостные партийные и советские органы. Удмурты направлялись в уезды, где преобладало коренное население, и в воинские части, некоторые оставлялись в аппарате комиссариата в качестве агитаторов-инструкторов.

 

Партийная школа при Удмуртском комиссариате сыграла большую роль в подготовке национального актива. Опираясь на него, партийные комитеты и Советы осуществляли задачи по политическому воспитанию масс и мобилизации их на защиту Отечества и мирное строительство.

 

Как уже отмечалось, еще до возникновения комиссариата территория Удмуртии была ареной смертельных схваток Красной Армии с белогвардейско-эсеровскими мятежниками осенью 1918 г. и колчаковцами весной и летом 1919 г. Враги потерпели сокрушительное поражение, но успели нанести тяжелые раны экономике и населению края. Испытав ужасы белогвардейского режима, колебавшаяся ранее середняцкая масса крестьянства решительно пошла за большевиками. На стороне Советов, за редкими исключениями, стояла также удмуртская интеллигенция. «Советский строй — самый подходящий для нас строй...» — писалось в резолюции съезда школьных работников мари и удмуртов Бирского уезда Уфимской губернии, состоявшегося в августе 1919 г.

 

Пользуясь темнотой и невежеством крестьян, кулаки и другие буржуазные элементы распространяли провокационные слухи, стремились раздуть национальную вражду. Даже в некоторых местных советских и партийных органах встречались люди, зараженные шовинизмом. Они заявляли, что создаваемые национальные отделы и секции при исполкомах Советов являются будто бы ненужными и убыточными для государства. Объясняя происхождение подобного рода настроений, И. А. Наговицын писал, что работникам комиссариата чуть не на каждом шагу приходилось наталкиваться на непонимание местными коммунистами пункта Программы РКП (б) по вопросу об отношении к национальным меньшинствам.

 

Такого рода сведения доходили также до Вятского губкома партии. В связи с этим в январе 1920 г. губком разослал в уездные комитеты циркулярное письмо, в котором обращалось внимание на участившиеся факты несодействия организациям национальных меньшинств, а в ряде случаев и притеснения их. Считая подобное недопустимым, губком партии предложил «обратить самое серьезное внимание на имеющиеся в уезде таковые организации и оказывать таковым полное содействие во всех их законных требованиях».

 

На улучшение партийной и советской работы среди национальных меньшинств в большой мере повлияли решения II Всероссийского съезда коммунистических организаций народов Востока, состоявшегося в ноябре 1919 г., и доклад В. И. Ленина на нем. Придавая сугубо важное значение пропаганде идей марксизма в национальных районах страны, В. И. Ленин заявил: «Задача в том, чтобы пробудить революционную активность к самодеятельности и организации трудящихся масс, независимо от того, на каком уровне они стоят, перевести истинное коммунистическое учение, которое предназначено для коммунистов более передовых стран, на язык каждого народа, осуществлять практические задачи, которые нужно осуществлять немедленно, и слиться в общей борьбе с пролетариями других стран».

 

Несмотря на труднейшие условия, связанные с гражданской войной, разрухой, недостатком продовольствия, Удмуртский комиссариат и уездные секции отделов национальностей исполкомов Советов и партийных комитетов кропотливо и плодотворно работали над выполнением этой задачи. Осуществить ее можно было путем разъяснения политики партии широким массам русского и нерусского населения на понятном для них языке. Нужно было, чтобы трудящиеся глубоко поняли и убедились, что Советская власть защищает их интересы.

 

На митингах, собраниях, в беседах, на страницах газеты «Гудыри» с помощью плакатов и листовок на родном языке велось разъяснение удмуртскому населению программы и политики большевиков по национальному вопросу, задач хозяйственно-политического строительства в стране, в частности в Удмуртии. Для этого использовались также рабоче-крестьянские съезды, конференции учителей и т. п.

 

В информациях агитаторов Удмуртского комиссариата, к примеру, отмечалось, что некоторая часть удмуртского крестьянства, введенная в заблуждение кулацкой агитацией, пассивно относилась к выполнению государственных заготовок, к проведению кампаний по сбору средств для Красной Армии, семей погибших красноармейцев, для голодающих рабочих. Чтобы вывести таких крестьян из-под вражеского влияния, работники комиссариата и удмуртских секций при исполкомах Советов и партийных комитетах терпеливо разъясняли, что дала новая власть удмуртам, в чем сущность ее декретов и постановлений по земельным и продовольственным вопросам, почему возникла в России гражданская война, каково положение на фронтах и почему необходимо всемерно помогать Красной Армии. Удмуртский комиссариат помогал партийным и советским органам в развертывании работы среди удмуртского населения, в укреплении местных национальных отделов и секций, в оживлении их деятельности. Так, например, в марте 1920 г. для оказания практической помощи отделу национальностей Глазовского исполкома сюда приехали И. А. Наговицын и член коллегии комиссариата Г. Н. Гусев. Ознакомившись с положением дел, Наговицын поставил вопрос перед уездным партийным комитетом и исполкомом Совета об укреплении отдела, усилении партийного руководства им. Об этом был информирован Вятский губком партии. Удмуртский комиссариат командировал в Глазов лучших агитаторов-организаторов и курсантов Сарапульской партийной школы. Были подобраны новый заведующий удмуртской секцией отдела и другие работники. Деятельность отдела улучшилась, вокруг него стал объединяться партийный и комсомольский актив.

 

Разностороннюю агитационно-массовую работу вел комиссариат в воинских частях, где служили удмурты. По его инициативе была проведена конференция беспартийных красноармейцев-удмуртов Сарапульского гарнизона. На ней обсуждались насущные задачи хозяйственного и культурного строительства. С докладом выступили И. А. Наговицын, Т. К. Борисов и П. А. Стрелков.

 

Комиссариат и его актив широко пропагандировали идеи о социалистической кооперации, помогали крестьянам создавать сельскохозяйственные артели и коммуны. Его деятельность протекала в тесном контакте с местными партийными и советскими органами. Представители комиссариата, а также представители национальных отделов и секций исполкомов избирались в состав уездных комитетов РКП (б), Советов, участвовали в работе партийных конференций, съездов Советов, заседаниях парткомов и исполкомов. Важные вопросы национального строительства обсуждались в партийных и советских органах. Парткомы и исполкомы участвовали в подборе и воспитании национальных кадров, подготовке и проведении съездов национальных меньшинств. Вятский губком партии и губисполком неоднократно обсуждали деятельность отделов национальностей при губисполкоме и губкоме партии, помогали им в налаживании агитации и пропаганды, рассматривали и утверждали планы их работы. Губком партии незамедлительно откликался на все запросы Удмуртского комиссариата.

 

Комиссариат возбудил ходатайство перед Президиумом ВЦИК о предоставлении удмуртскому народу права представительства на VIII Всероссийском съезде Советов, мотивируя это тем, что оно имело бы громадное значение и вес для проведения политической работы среди удмуртов. Президиум ВЦИК удовлетворил просьбу. На Всероссийский съезд Советов были направлены И. А. Наговицын, В. М. Рыбаков, С. И. Русских. Это было первое участие представителей удмуртского народа в высшем органе государственной власти, которые учились на съезде у русского народа решать государственные дела, расширяли дружеские связи с другими народами. Большое внимание комиссариат уделял развитию национальной печати, которая помогала ему укреплять связь с трудящимися, сплачивать передовые силы удмуртского народа в бсфьбе с контрреволюционными элементами. Основным печатным органом

комиссариата стала газета «Гудыри». Вместо одного раза в неделю с января 1920 г. она стала выходить три раза, тираж ее увеличился с трех до пяти тысяч экземпляров. Газету получали в 1600 удмуртских деревнях, 800 школах, 70 библиотеках, 10 ячейках РКСМ, 9 агитпунктах железных дорог и в воинских частях. Она посылалась также в Бирск, Пермь, Слободской, Белебей, Осу, Бугульму, Мамадыш, Казань, Тюмень, в Забайкальскую, Акмолинскую и Красноярскую области Сибири, где жили удмурты-переселенцы. При Елабужском исполкоме Советов удмуртская секция издавала стенную газету «Горд гырлы» («Красный колокол»). Выпускался также детский журнал «Муш» («Пчела»). Издательский отдел комиссариата стал центром притяжения всех прогрессивных культурных сил удмуртского народа.

 

Комиссариат выпускал на удмуртском языке общественнополитическую литературу. Были переведены и изданы «Манифест Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса, Программа РКП (б), Конституция РСФСР, Программа Российского Коммунистического Союза Молодежи, Устав Российского Коммунистического Союза Молодежи, биографии К. Маркса и В. И. Ленина. Удмуртский народ впервые получил возможность читать на своем языке произведения классиков марксизма-ленинизма. Это оказывало огромное воздействие на формирование материалистического . мировоззрения и на воспитание трудящихся в духе интернационализма.

 

Комиссариат популяризировал классиков русской литературы. На удмуртском языке впервые вышли книги А. С. Пушкина, Л. Н. Толстого, А. Н. Островского, А. П. Чехова. Наряду с этим печатались произведения удмуртских писателей. Издательство комиссариата выпустило 33 названия агитплакатов и листовок, в том числе такие, как «Карл Маркс», «Что дала Октябрьская революция женщинам?», «Интернационал», «Идите в добровольцы Южного фронта», «Помогите фронту!», «Поможем красноармейцам и их семьям», «Обращение к удмуртам о текущих событиях», «Обращение к женщинам-удмурткам», «О продовольственном положении» и т. д.

 

Если с 1775 по 1912 г. на удмуртском языке вышло 124 названия книг, причем около 80 из них религиозно-нравственного, назидательного характера, то после революции только за один 1920 г. Удмуртский комиссариат издал более 100 книг, газет, журналов и плакатов, общий тираж которых достиг 1 089 100 экземпляров.

 

Печать на родном языке служила средством политического просвещения, подъема классового и национального самосознания удмуртского народа, приобщения его к достижениям русской и мировой культуры. Она поднимала на борьбу с внешними и внутренними врагами, помогала строить новую жизнь. Заслугой Удмуртского комиссариата является и то, что он впервые поставил вопрос об организации исследования всех сторон общественно-политической жизни, культуры и быта удмуртского народа с привлечением научных сил и приступил к осуществлению этой задачи. Его работники участвовали в исследованиях вопросов истории, языка, устного художественного творчества.

 

В стране осуществлялась коренная перестройка народного образования. Одним из важнейших мероприятий б ы л о введение преподавания в школах на родном языке.

 

В январе 1920 г. комиссариат вместе с отделами народного образования провел в Сарапуле, Новом Мултане, Цыпье и ряде других мест съезды-курсы учителей, ведущих занятия в удмуртских школах. На них обсуждался вопрос о перестройке преподавания в соответствии с положением о единой трудовой шкоЛе. В марте того же года по инициативе комиссариата в Сарапуле открылись годичные педагогические курсы по подготовке учителей для удмуртских школ. К их открытию была подготовлена обширная выставка по вопросам школьного образования и дошкольного воспитания. На ней экспонировалась новейшая педагогическая литература на удмуртском языке. Здесь же, в Сарапуле, начали действовать курсы по подготовке ликвидаторов неграмотности. В Малмыже и Сарапуле работали курсы по подготовке работников дошкольных учреждений. В Сарапуле, Глазове, Новом Мултане, Елабуге действовали педагогические курсы.

 

Удмуртский комиссариат изучал работу школ, помогал учителям и родителям в обучении и воспитании детей. Чтобы сорвать мероприятия Советской власти по народному образованию, вызвать отсев учащихся, враги распространяли слухи о том, что якобы ученикам будут ставить клеймо, записывать их в коммуну, и если придут белые, то красные всех учеников увезут с собой. Для пресечения подобной агитации работники комиссариата, удмуртских секций и отделов народного образования проводили собрания учащихся и родителей, на которых разъясняли политику партии и правительства по народному образованию, основные принципы советской школы.

 

Преобразования в области просвещения были встречены трудящимися с пониманием, они вызвали поворот в отношении масс к советской школе. Удмуртские крестьяне, например, по собственной инициативе создавали новые школы, предоставляли помещения для них, в ряде случаев брали на себя их содержание.

 

Партия и правительство предоставили трудящимся возможность получить; среднее и высшее образование. В марте 1920 г. комиссариат получил извещение о том, что для удмуртской молодежи выделено 100 мест в вузах страны. И туда были направлены удмуртские юноши и девушки.

 

Комиссариат и удмуртские секции оказывали содействие развитию социалистического по содержанию и национального по форме искусства. В деревнях и селах, воинских частях, учебных заведениях организовывались многочисленные кружки художественной самодеятельности. Спектакли, поставленные на родном языке, пользовались большим успехом. В Малмыжском уезде, например, на представления самодеятельной труппы приезжали крестьяне, жившие за 30—35 км. Часто пьесы переписывались от руки и распространялись по деревням. Любительская театральная труппа существовала и при Удмуртском комиссариате. Возникли также самодеятельное национальные хоровые, музыкальные и танцевальные коллективы. Культурно-просветительные кружки, народные дома, библиотеки, клубы, которые открывались в городах и селах, проводили большую культурно-просветительную работу и тем самым

способствовали политическому просвещению трудящихся, пробуждению их творческих сил и талантов.

 

В глазах удмуртского народа комиссариат стал авторитетным органом Советского государства. Сюда приезжало много крестьян, чтобы получить разъяснения по различным вопросам. Поступали и письма трудящихся. На них давались исчерпывающие ответы.

 

Крупным мероприятием, направленным на повышение активности удмуртского народа в строительстве новой жизни, явилась созванная комиссариатом по согласованию с ЦК РКП (б) Всероссийская конференция коммунистов-удмуртов. Подготовку к ней вела организационная комиссия под руководством И. А. Наговицына. Большую помощь оказали Вятский губком и уездные комитеты партии.

 

I Всероссийская конференция коммунистов-удмуртов проходила в Сарапуле с 6 по И июня 1920 г. В ней участвовали 62 делегата, большинство из которых были выходцами из крестьян. До Октябрьской революции в рядах партии состояло лишь несколько десятков удмуртов. На данной конференции делегаты представляли уже около 500 коммунистов-удмуртов. Кроме того, в то время 1500 удмуртских юношей и девушек состояли членами Российского Коммунистического Союза Молодежи. Это свидетельствовало о возрастании влияния революционных идей на удмуртские массы и росте сплоченности трудящихся удмуртов вокруг РКП (б).

 

Участники конференции направили приветственные телеграммы Председателю Совета Народных Комиссаров В. И. Ленину, Центральному Комитету РКП (б), Наркомнацу и Исполкому III Интернационала. В адрес конференции поступила приветственная телеграмма от Наркомнаца. Конференция обсудила назревшие вопросы политического, экономического и культурного строительства. С докладами выступили И. А. Наговицын, Т. К. Борисов, П. А. Стрелков, Г. А. Трефилов, В. А. Максимов, К. П. Чайников (беспартийный) .

 

Делегаты от имени удмуртского народа выразили готовность защитить завоевания Октября от посягательств иностранных интервентов. Было принято решение мобилизовать через уездные комитеты и волостные ячейки РКП (б) 10 процентов Коммунистов-удмуртов на Западный фронт. Кроме Того, специальная резолюция одобрила решения IX съезда партии и обязала всех коммунистов-удмуртов точно и неуклонно проводить их в жизнь.

 

Заслушав отчет Удмуртского комиссариата, конференция отметила как положительное то, что комиссариат добился оживления руководства политической и культурной работой среди удмуртов, и в то же время указала на необходимость дальнейшего подъема и развития организаторской, агитационно-пропагандистской и издательской деятельности.

 

Конференция одобрила продовольственную политику Советского правительства, в частности государственную монополию на торговлю хлебом и продовольственную разверстку, и предложила коммунистам-удмуртам приложить все усилия для успешного проведения продовольственной кампании 1920—1921 гг. Специальная резолюция содержала призыв к удмуртам беспощадно бороться со спекуляцией, самогоноварением, точно и неуклонно выполнять задания по продразверстке.

 

По земельному вопросу было принято решение, обязывающее коммунистов-удмуртов бороться за всемерное распространение коллективных форм хозяйства и прогрессивных методов земледелия.

 

Конференция подняла вопрос о необходимости усиления работы среди женщин-удмурток и удмуртской молодежи и наметила конкретные меры для выполнения этой задачи. По организационному вопросу было решено создать удмуртские секции при губернских и уездных комитетах партии (там, где их еще не было), а в волостных партийных ячейках, при политотделах Красной Армии и железных дорог ввести должности ответственных организаторов и агитаторов. Секции и ответственные организаторы подчинялись той партийной организации, при которой они находились. Заведующие секциями и ответственные организаторы при политотделах подлежали утверждению соответствующими губкомами партии, а волостные ответственные организаторы — уездными комитетами.

 

Бурное обсуждение вызвал вопрос о выделении удмуртов в отдельную административную единицу. Все делегаты единодушно и горячо поддерживали эту идею. Однако выявилось разногласие относительно сроков реализации. Одни настаивали на немедленном решении вопроса, другие считали нужным подождать его решения в центре. При голосовании сторонники того и другого мнения набрали равное количество голосов. Вечером собрался узкий круг делегатов, и И. А. Наговицын предложил доложить о дискуссии Центральному Комитету парТии й попросить, чтобы ЦК решил вопрос ііо своему усмоТрению. Это мнеийе объявили всем участникам конференции, и те согласились с ним.

 

Значение конференции состоит в том, что она поставила конкретные задачи социалистического строительства в Удмуртии с учетом местных условий. Ее решения способствовали сосредоточению партийных сил на их выполнении, практическому осуществлению национальной политики Коммунистической партии, сплочению трудящихся масс удмуртского народа под знаменем пролетариата, росту их активности в строительстве новой жизни.

 

Удмуртский комиссариат направил в адрес Вятского губкома партии официальное письмо, в котором подробно изложил мотивы образования автономии удмуртского народа и перспективы развития национальных отношений в ней. Письмо было принято к сведению и оглашено на очередном заседании губкома.

 

Делегаты конференции, разъехавшиеся по местам, выступили на собраниях коммунистов, заседаниях парткомов, познакомили с итогами конференции и принятыми на ней резолюциями. Так, собрание Глазовской партийной организации по докладу делегата Г. А. Трефилова, заведующего отделом национальностей, приняло следующую резолюцию: «Приветствовать это первое объединение партийных сил, работающих среди удмуртов. Собрание призывает партийный комитет оказать всемерное содействие товарищам удмуртам в усилении их партийной работы и поднятии культурного уровня удмуртских масс».

 

Резолюции конференции были разосланы в уездные и партийные комитеты. Получив их, Елабужский уездный комитет провел совещание секретарей ячеек и волостных организаторов РКП (б). Он нацелил его участников на усиление массовой политической и организаторской работы среди национальных меньшинств, рекомендовал проводить беспартийные конференции, субботники, военное обучение и культурно-просветительную работу.

 

Вслед за партийной конференцией состоялся Всероссийский съезд удмуртских работников просвещения и социалистической культуры, созванный также Удмуртским комиссариатом. Он проходил в Сарапуле, на нем присутствовало 245 делегатов. Съезд заслушал доклады о текущем моменте, об отношении Советской власти к национальным меньшинствам и о политической работе среди удмуртов, ряд докладов по культурному строительству. По обсужденным вопросам были приняты резолюции, направленные на усиление культурно-просветительной деятельности среди трудящихся.

 

После конференции и съезда работники комиссариата разъехались по уездам и волостям, чтобы разъяснить населению принятые постановления и организовать их выполнение. Вскоре И. А. Наговицын сделал доклады в ЦК РКП (б) и в Наркомнаце о деятельности Удмуртского комиссариата, о Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов и Всероссийском съезде удмуртских работников просвещения. Предложение об организации Удмуртской автономии встретило поддержку в ЦК РКП (б). Было признано, что наиболее приемлемой формой государственности для удмуртского народа является автономная область. Она соответствовала тогдашнему уровню его политического и экономического развития.

 

Участники событий тех времен вспоминают следующий примечательный факт. Когда В. И. Ленину доложили о желании удмуртов создать автономную область, он тут же высказал свое мнение: дать автономию.

 

При Центральном Комитете партии было образовано бюро агитации и пропаганды среди удмуртов с местопребыванием в Сарапуле. Его членами стали И. А. Наговицын (председатель), Т. К. Борисов, П. А. Стрелков, Г. А. Трефилов, Г. Н. Гусев, кандидатами — П. Ф. Поздеев и И. И. Постников.

 

Весть о подготовке к образованию Удмуртской автономии была встречена трудящимися с большой радостью и чувством благодарности Коммунистической партии, Советской власти, Владимиру Ильичу Ленину. Об этом свидетельствуют многочисленные телеграммы и письма, поступившие в комиссариат. Из Малмыжа и Елабуги, например, просили сообщить, в каком положении находится работа по созданию Удмуртской области, где проходят границы. Из Кукмора написали о том, что удмуртское население Мамадышского уезда ждет с нетерпением автономию. Из разных районов страны от удмуртов поступали заявления о желании приехать сюда работать.

 

Однако противники проведения в жизнь ленинской национальной политики не сложили оружия. Еще в январе 1920 г. некоторые работники Сарапульского уездного исполкома Совета высказались против образования Удмуртской автономной административной единицы. Они вынашивали идею создания так называемой Прикамской губернии. В августе сарапульские руководители утвердили на заседании уездного комитета партии решение о том, чтобы вопрос об образовании Удмуртской автономии «оставить открытым», а в сентябре приняли еще одно решение: убедить ЦК РКП (б), ВЦИК и Наркомвнудел ласти». Все это «аргументировалось» тем, что якобы удмуртское население слишком разбросано и в большинстве смешано с русским, что удмурты не интересуются своей нацией, работников-удмуртов почти нет, а имеющиеся не соответствуют, чтобы быть руководителями самостоятельного центра, что удмуртский народ «еще не подготовлен к общей работе».

 

В. И. Ленин считал, что право наций на самоопределение вплоть до государственного отделения является неотъемлемым правом, выдвигаемым ходом исторического развития общества. Возражая Бухарину, отрицавшему право наций на самоопределение, В. И. Ленин говорил на VIII съезде РКП (б): «Не признать того, что есть,— нельзя, оно само заставит себя признать». Выдвигаемый Лениным тезис о праве наций на самоопределение был единственно правильным, научно обоснованным. В условиях многонациональной России он имел огромное политическое значение для сплочения революционных сил и укрепления дружбы народов. Признание права наций на самоопределение означало ликвидацию национального гнета. Более того, оно было направлено на ликвидацию шовинизма, недоверия наций друг другу, что мешало сближению пролетариев разных национальностей для совместной революционной борьбы против сопротивления свергнутых эксплуататорских классов, для построения коммунизма. Без признания права наций на самоопределение, говорил В. И. Ленин, «...социалистического общества мы никак не сможем построить».

 

И. А. Наговицын и другие коммунисты, стоявшие на ленинских позициях, желая поправить товарищей, ошибающихся в практическом осуществлении национальной политики партии, ссылались на высказывания В. И. Ленина о том, что именно проведением принципа самоопределения наций в жизнь великорусские коммунисты завоевывают доверие малых народов, отрывают их от влияния национальной буржуазии. Они убедительно доказывали, что образование Удмуртской автономной области не ослабит, а укрепит союз трудящихся всех национальностей и тем самым умножит силы Советского государства. «Мы совершенно не имеем в виду,— говорится в письме Удмуртского комиссариата, адресованном Вятскому губкому партии,— с провозглашением Вотской автономной области зажить сепаратно от остальных наших товарищей — коммунистов других национальностей или отделиться от масс других народов, замыкаясь только в свою национальную жизнь; ничего подобного в наших намерениях нет. Мы рассчитываем на помощь русских коммунистов и других народностей».

 

В выступлениях работников комиссариата подчеркивалось, что только с помощью русского народа и трудящихся других национальностей удмуртский народ добьется успехов в коммунистическом строительстве. Делегаты Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов, вернувшись домой, разъясняли трудящимся, что провозглашенное Октябрьской революцией право наций России на самоопределение позволит ликвидировать отставание малых народов в экономическом и культурном отношении. Опровергая домыслы великодержавных уклонистов об «удмуртском шовинизме», коммунисты-удмурты в упомянутом письме говорили, что с образованием автономной области «в наших органах, как партийных так и советских, будут одинаково принимать участие как удмурты, так и другие национальности», и коммунисты-удмурты не собираются поднимать вопрос о «большинстве представительства удмуртов или

русских в этих органах».

 

Коммунисты-удмурты сознавали, что в этот период не хватало подготовленных кадров из коренной национальности для работы в партийных, советских, хозяйственных и культурных организациях будущей автономной области. Они выражали надежду, что этот недостаток будет ликвидирован при братской помощи русского и других народов. «С большой благодарностью мы примем помощь наших товарищей без различия национальностей»,— заявили они.

Насущной задачей того времени являлось разоблачение контрреволюционной сущности буржуазной пропаганды, ее изоляция от трудовых масс, объединение революционных сил удмуртского народа с общей борьбой русского рабочего класса и трудового крестьянства, мобилизация трудящихся против призывов национальной буржуазии отказаться от классовой борьбы ради сохранения единства своей нации. Это имело решающее значение в борьбе за упрочение Советской власти. Удмуртский комиссариат и местные партийные органы много и упорно трудились над решением этой задачи.

 

Выполняя постановление Всероссийской конференции коммунистов-удмуртов, бюро агитации и пропаганды и Удмуртский комиссариат преобразовали елабужскую стенную газету «Горд гырлы» в газету «Сюрло» («Серп»), первый номер которой вышел 17 июня 1920 г. Удмуртские газеты «Гудыри» и «Сюрло» проводили большую работу по идеологической подготовке народных масс к образованию Удмуртской автономной области, разоблачали классового врага, выступающего под маской «защитника» интересов удмуртского народа. Одной из важнейших задач, вставших перед Удмуртским комиссариатом, являлось привлечение широких масс удмуртского населения к активному участию в хозяйственно-политических кампаниях, направленных на оказание помощи фронту, на укрепление экономического положения страны. Эту работу комиссариат вел совместно с губернским и уездными партийными и советскими органами.

 

Ярким проявлением преданности новой власти стала неделя помощи Западному фронту. Партийные организации, Удмуртский комиссариат, бюро агитации и пропаганды при ЦК РКП (б), агитаторы и коммунисты-удмурты проводили митинги и беседы среди красноармейцев, рабочих и крестьян, разъясняли положение на фронте, записывали добровольцев в Красную Армию и на курсы по подготовке красных командиров. В сентябре состоялась конференция беспартийных удмуртов Сарапульского гарнизона, а в октябре красноармейцы удмурты отправились добровольно на Западный фронт. Население оказывало материальную помощь фронту.

 

Активно участвовал комиссариат также в проведении недели крестьянина. Он командировал в уезды и волости агитаторов, снабдив их плакатами и листовками. В помощь семьям красноармейцев были организованы воскресники по уборке, севу озимых и вывозке удобрений. Преодолевая кулацкую агитацию, работники комиссариата и удмуртских секций исполкомов Советов продолжали помогать крестьянам в создании сельскохозяйственных коммун и артелей.

 

В августе 1920 г. завершилось составление проекта административно-территориальных границ Удмуртской автономной области. И. А. Наговицын представил его в Наркомнац. Там подготовили проект правительственного декрета об образовании Удмуртской автономной области и 16 октября внесли его в Совнарком РСФСР. 19 октября СНК постановил передать проект декрета в межведомственную комиссию представителей Наркомнаца, Наркомвнудела, Наркомпрода, Наркомвоена и Наркомзема. 22 октября состоялось объединенное заседание представителей Татарской автономной республики, Чувашской автономной области, мари и удмуртов по вопросу о разграничении областей. 23 октября вопрос об образовании Удмуртской автономной области рассматривался на расширенном совещании коллегии Наркомнаца в присутствии представителей других наркоматов и заинтересованных народов.

 

2 ноября проект декрета об образовании Удмуртской, Калмыцкой и Марийской автономных областей обсудил Совнарком РСФСР под председательством В. И. Ленина. В его рассмотрении участвовали представители местных организаций: И. А. Наговицыи (Удмуртская область) и С. А. Черняков (Марийская область). В проект декрета Председатель Совнаркома РСФСР В. И. Ленин внес существенные поправки. В частности, в фразе «автономные области трудовых народов — калмыцкого, марийского и вотяцкого в территориях их национального преобладания» последние слова — «в территориях их национального преобладания» — Владимир Ильич зачеркнул. Во втором пункте проекта имелись слова «окончательное установление границ». Ленин убрал слово «окончательное».

 

Поправки В. И. Ленина имели и имеют важное теоретическое и практическое значение. Они касаются принципов определения границ при образовании национально-территориальных автономий. Ленин считал, что при проведении административного деления, определении территориальных границ необходимо учитывать факторы не только национальные, но и экономические. В зависимости от обстоятельств, сложившихся в результате исторических, экономических и других процессов, тот или другой фактор может быть выдвинут на первое место. В. И. Ленин показал образец марксистского подхода к решению одного из вопросов национально-государственного строительства.

 

Насколько глубоко был прав Ленин в этом, подтвердили события последующих лет. В 1924 г. декретом ВЦИК РСФСР Карсовайская волость Омутнинского уезда Вятской губернии была причислена к Удмуртской автономной области. В 1937 г. в состав Удмуртской АССР были включены Сарапульский, Боткинский, Каракулинский, Киясовский районы, города Сарапул и Воткинск, относившиеся до этого к Кировской области. Эти изменения вызывались потребностями экономического развития. В годы первых пятилеток произошло расширение и реконструкция промышленных предприятий Ижевска. В связи с этим возросла их потребность в усилении хозяйственных связей с предприятиями Воткинска и Сарапула, чему в определенной мере препятствовал тот факт, что эти два города оказались за пределами нашей республики. Изменение административных границ УАССР расчистило путь к формированию на ее территории хозяйственно-экономического комплекса. В 1939 г. из Кировской области вошел Кизнерский район, присоединение которого вызывалось значительным процентом в нем удмуртского населения и экономическими связями с Удмуртией.

 

4 ноября 1920 г. является знаменательным днем в истории трудящихся нашей республики. Именно тогда Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров РСФСР приняли постановление об образовании Удмуртской (Вотской) автономной области.

 

Декрет об образовании УАО подписали Председатель СНК РСФСР В. И. Ленин и Председатель ВЦИК М. И. Калинин. Установление границ и выработка положения об автономной области этим же декретом возлагались на комиссию из представителей Наркомнаца, Наркомвнудела и Наркомзема с участием представителей заинтересованной национальности и заинтересованных губисполкомов.

 

Весть об образовании автономной области молниеносно распространилась по всей Удмуртии. Этот исторический акт был восторженно встречен удмуртским народом, всеми трудящимися области. Повсеместно состоялись митинги, собрания, конференции, с трибун которых произносились слова приветствия и глубокой благодарности Коммунистической партии, Советскому правительству, В. И. Ленину. Так, собрание граждан с. Можги Можгинской волости постановило: «Приветствовать нашу Советскую власть, которая дала нам, удмуртам, право на самоопределение и дала автономную область»9. Примечательно то, что многие рабочие-удмурты Ижевского завода решили отметить это событие вступлением в ряды партии. Коммунисты Сарапула на своем общегородском собрании, приветствуя декрет ВЦИК и СНК, обратились с призывом к трудящимся удмуртам еще теснее сплотиться вокруг партии, еще дружнее защищать свое социалистическое Отечество от врагов, бороться с разрухой и «осуществить полную победу коммунистического строя».

 

В связи с образованием автономной области усилился поток писем и заявлений от удмуртов из разных уголков страны в комиссариат с просьбой отозвать их на работу в Удмуртию. Для разъяснения исторического и политического значения декрета об образовании УАО бюро агитации и пропаганды при ЦК РКП (б) и комиссариат командировали агитаторов, многих курсантов Сарапульской партийной школы во все уезды с удмуртским населением. Одновременно были проведены волостные и уездные конференции беспартийных женщин-удмурток и удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. На них избирались делегаты на Всероссийские конференции женщин-удмурток и удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. Кампания по подготовке и проведению конференций прошли под знаком усиления помощи Красной Армии. Население дружно откликалось на призыв о проведении сборов в помощь фронтовикам.

 

В конце декабря в Сарапуле состоялась Всероссийская конференция женщин-удмурток. Она сочла необходимым создать женское бюро при Удмуртском комиссариате и секции удмуртских женщин при партийных и советских органах. В начале января 1921 г. в Сарапуле прошла Всероссийская конференция удмуртской рабоче-крестьянской молодежи. На ней с докладом о VIII Всероссийском съезде Советов выступил делегат съезда агитатор Удмуртского комиссариата В. М. Рыбаков. Участники конференции обязались проводить в жизнь все резолюции и постановления съезда. Они выразили солидарность с программой и уставом РКСМ и постановили «неуклонно вести работу среди удмуртской молодежи».

 

Конференция избрала бюро по работе среди молодежи и поручила ему подготовку конференции Коммунистического Союза Молодежи Удмуртской автономной области. Обе состоявшиеся конференции имели большое значение для подъема политического сознания удмуртского народа и его активности в строительстве социализма.

 

Еще до конференции правительственная комиссия по определению границ и выработке положения об Удмуртской автономной области, ознакомившись с представленными И. А. Наговицыным материалами, направила их в Вятский губисполком для обсуждения на совещании представителей уездов. Оно состоялось 1 декабря 1920 г. На нем присутствовали представители губисполкома, в том числе заведующий отделом национальностей, комиссар Удмуртского комиссариата, представители Глазовского, Малмыжского и Слободского уездов. На совещании обсуждался проект границ Удмуртской автономной области, затем он рассматривался в губкоме партии и губисполкоме.

 

Вскоре И. А. Наговицын вновь приехал в Москву. Там он обратился в правительство с просьбой о демобилизации бывших партийных и советских работников-удмуртов, служивших в то время в Красной Армии, чтобы они смогли работать у себя на родине. Одновременно с этим Наговицын консультировался в правительстве и ЦК партии относительно учреждения временных руководящих органов области. Комиссариат в это же время выявлял через удмуртские секции исполкомов Советов работников-удмуртов как коммунистов, так и беспартийных, которых можно было бы использовать в аппарате управления областью. В каждой волости проводился также учет грамотных удмуртов.

 

В конце декабря состоялось совещание правительственной комиссии по определению границ и выработке положения об Удмуртской автономии. Комиссия решила передать дело на рассмотрение во ВЦИК. 5 января 1921 г. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принял постановление о границах Удмуртской автономной области. В нее вошли 27 волостей Глазовского уезда, 18—Сарапульского, 14—Елабужского, 12 — Малмыжского уезда, города Глазов и Ижевск. Население области составляло 693 540 человек, из них 59%—удмурты. Область граничила с севера и запада с Вятской губернией, с юга — с Татарской АССР и с востока — с Пермской губернией.

 

ЦК РКП (б) утвердил состав ревкома Удмуртской автономной области во главе с И. А. Наговицыным и областное бюро РКП (б) во главе с С. П. Барышниковым. В руках этих временных органов сосредоточилась вся полнота власти, они приступили к руководству государственным, хозяйственным и культурным строительством. С образованием Удмуртской автономной области и ее временных руководящих органов задачи Удмуртского комиссариата и бюро агитации и пропаганды среди удмуртов при ЦК РКП (б) исчерпались, и их деятельность прекратилась.

 

В январе — феврале 1921 г. под руководством областного бюро РКП (б) прошли уездные партийные собрания, которые избрали уездные комитеты и делегатов на I областную партийную конференцию. Она проходила с 27 февраля по 1 марта 1921 г. в Глазове. Ее участники обсудили отчет областного бюро РКП (б), доклады с мест, доклад о хозяйственном строительстве, избрали областной комитет партии. Первым секрета-рем был избран С. П. Барышников, один из активных борцов за Советскую власть. Обком партии и ревком направили свои усилия на организацию областного и уездного аппаратов управления, обеспечение их кадрами, проведение важнейших хозяйственно-политических кампаний, очередных выборов в Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.

 

В связи с трудностями в укомплектовании аппарата партийных, государственных, хозяйственных и общественных организаций встал вопрос о переводе областного центра из Глазова в Ижевск, являвшийся по масштабам того времени крупным промышленным центром с наличием многочисленных организаций и значительных культурных сил.

 

Необходимость этого диктовалась не только потребностями в кадрах. Перевод центра в Ижевск создавал более благоприятные условия для обеспечения пролетарского руководства крестьянскими массами, дальнейшего укрепления союза рабочего класса и крестьянства. Надо было также учитывать возрастакэщёе Шіиянйе Ижевска на хозяйственную й культурную жизнь области. Учитывая это, обком партии возбудил ходатайство по данному вопросу перед центральными органами. Президиум ВЦИК утвердил перевод центра в Ижевск.

 

16 июля 1921 г. в Ижевске состоялся I съезд Советов УАО. Он определил задачи хозяйственного и культурного строительства в Удмуртии, избрал облисполком и его председателя. Им стал И. А. Наговицын.

 

В этот период завершилось также организационное оформление областных комсомольской и профсоюзной организаций. С образованием автономии удмуртский народ впервые за свою многовековую историю обрел национальную государственность, получил право пользоваться родным языком во всех сферах общественно-политической жизни, право широкого участия в работе органов государственной власти и управления хозяйственным и культурным строительством. Это оказало огромное воздействие на приобщение удмуртского народа к активному социалистическому строительству, на ликвидацию его экономической и культурной отсталости, на формирование удмуртской социалистической нации, на развитие новых национальных взаимоотношений, основанных на принципах пролетарского интернационализма. Это послужило укреплению диктатуры пролетариата, союза рабочего класса с крестьянством,

расширению экономических и культурных связей удмуртского народа со всеми народами нашей страны.

 

Учитывая успехи трудящихся Удмуртии в социалистическом строительстве, а также предложения партийных и советских органов области, Президиум Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета 28 декабря 1934 г. постановил: «...Удмуртскую автономную область в соответствии с волеизъявлением ее трудового населения преобразовать в существующих границах в Удмуртскую Автономную Советскую Социалистическую Республику».

 

12 января 1935 г. I съезд Советов Удмуртской АССР подвел итоги и наметил очередные задачи хозяйственного и культурного строительства, избрал Центральный Исполнительный Комитет и образовал правительство Удмуртской АССР.

 

Достижения удмуртского народа в строительстве социализма в братской семье народов СССР нашли яркое выражение в первой Конституции Удмуртской АССР, которая была утверждена после всенародного обсуждения 14 марта 1937 г. II Чрезвычайным съездом Советов Удмуртской АССР.

 

Успехи в национально-государственном строительстве были достигнуты только благодаря тому, что ленинская национальная политика полностью отвечала интересам трудящихся масс. Коммунистическая партия, Советское правительство постоянно проявляли заботу о повышении активности народов нашей страны в строительстве социализма, о расцвете их экономики и культуры. Партия выступала как подлинная защитница интересов трудящихся, как стойкий борец за политическое, экономическое и культурное равенство и процветание всех народов. Сознание этого способствовало тесному интернациональному сплочению трудящихся под знаменем марксизма-ленинизма.

__________________________