ОБРАЩЕНИЕ КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ ФЕРГАНСКОГО ФРОНТА К СОЛДАТАМ 4 ПОЛКА

Не ранее 17 августа 1919 г.*

Товарищи солдаты 4 полка!

Ввиду тяжелых испытаний, какие придется всем нам перенести до подхода прошедших уже Илецк советских войск, долгом совести своей считаю довести до вашего сведения, как бесстыдно обманывает ферганских крестьян белогвардейский наемник Монстров.

В переданном мне обращении к русским крестьянам 10 отряда (от 17 августа 1919 г. за № 3360**) Монстров пишет, что «Поклевский послан для покупки баранов, находящихся на кашгарской границе, в сопровождении перешедших на службу крестьянской армии мусульман в числе 50 человек» и что «русских отрядов с Цоклевским не послано, так как отряды не выставили людей».

Запомните, товарищи, слова этого негодяя, вдумайтесь в них. Запомните, что он называет себя защитником и представителем русских крестьян и, однако же, признается, что «русские отряды не выставили людей» для этой поездки за баранами, а сопровождает Поклевского только 50 человек мусульман.

Но каких мусульман? Может быть, тех тружеников мусульман, мирные поля которых мы бережем, как свои собственные?

Нет, таким мягким словом Моистров величает мадамннов-ских басмачей, которые, помните, как гнусно убили под Тодой безоружного Водолеева и его товарищей, которые так зверски надругались над трупом убитого ими под Яны-Курганом сокола Фетисова.

А каких именно они ездили покупать баранов, об этом пусть расскажут нам товарищи Соленовского отряда, которые были посланы из Андижана спасать этих баранов от басмачей.

Товарищи соленовцы расскажут вам, что краевая продовольственная директория истратила несколько десятков миллионов на покупку кашгарских баранов, предназначенных на продовольствование всего населения Туркестанской республики, а за Узгеном посланный
Монстровым Поклевский со своими басмачами захватил этих якобы купленных баранов и погнал в проходы на Семиречье.

Только дружными усилиями соленовцев, памирского отряда и вооруженных крестьян села Покровского (Куршаба) почти все стадо удалось настигнуть и направить обратно в Фергану. Вот как лжет Монстров, вот как одурачивает ваших же братьев — ферганских крестьян.

Дальше, в том же обращении (за № 3360), он пишет, будто «власть все время делает попытки разоружения [крестьян] и лишь сами советские войска отказываются от этого, как было и в Никольском».

И здесь, что ни слово, то явная, наглая ложь. Он пишет, будто власть все время делает попытки разоружения крестьян, но ведь вы-то все твердо помните, что именно белогвардейцы подзуживали вас в Аулие-Ата не мобилизоваться, именно они говорят сейчас,
чтобы хотя и с оружием в руках, но расходились бы по домам.

Наоборот, вспомните, что от имени Советской власти говорил вам всегда я.

Не я ли мобилизовал вас? Не я ли теперь все время доказываю, как важно для нас не расходиться, не разбиваться на мелкие кучки, а, наоборот, если можно, непрерывно расти, прилепляя к себе все честное трудовое, независимо от того, будут ли эти труженики крестьяне или рабочие, русские или сарты.

Поймите же, товарищи, в чем разница моего и белогвардейского поведения: я верю, что у меня одна цель, одно общее дело со всеми тружениками всего мира, и потому твердо говорю: «Собирайтесь, вооружайтесь, не расходитесь». Белогвардейцы, наоборот, умеют только дурачить эксплуатируемых ими и, боясь, как бы труженики не достигли сами самостоятельной силы, они коварно и злобно шипят: «Не собирайтесь, не вооружайтесь, расходитесь», и когда это не удастся, начинают...** лгать, авось, мол, хоть
обманом удастся стравить аулы ферганских крестьян друг с другом, чтобы, когда раздерутся, и на тех, и на других незаметно надеть старый царский хомут!

А как бесстыдно он лжет, говоря будто только отказ самих советских войск помешал разоружению крестьян поселка Никольского. Но ведь это дело, товарищи, вы знаете лучше всех: ведь именно вы под командой Сухова были под Никольским, когда с целью
раздражить и натравить на крестьян местные белогвардейцы не пустили вас в поселок.

Сами-то вы отчетливо знаете, что никто, никогда не посылал вас для разоружения поселка, что никто, никогда поэтому не мог и отказаться от участия в этом разоружении.

Далее (все в том же обращении № 3360) Монстров пишет: «Сафонов распространяет провокационные слухи, что штаб «Крестьянской армии» арестован, и я сбежал. Набирает отряд из мадьяров и, помимо обещания высокой платы, провоцирует рассказами, что якобы
крестьян хоть золотом обсыпь — не дают в город хлеба, а чем дать большевикам, лучше поджечь его, и сами в Джалал-Абаде сняли весы».

Товарищи, мое положение легче, чем белогвардейского провокатора Монстрова: мне не надо им лгать, ни выдумывать для самооправдания.

Мне надо только напомнить обо всем том, что действительно было, что слышали и видели бывшие на сходе крестьяне поселков Ивановского, Михайловского, Покровского, чему были свидетелями ездившие вместе со мной товарищи ваши: Плохих, Подпригоров, Ягофаров, Кузьмин и Кириллов.

Все знают, что, наоборот, я старался примирить и успокоить крестьян. При собеседованиях наших я везде и всюду отмечал перед крестьянами, что кто-то ищет нашей крови, кто-то хочет стравить нас умышленно, обманывая обе стороны, что не надо поддаваться на эти обманы, до всего доходить своими собственными глазами, для чего рекомендовал дать нам в штаб крестьянских представителей: послать на все фронты крестьянские делегации, чтобы убедиться, до какой степени безнадежны дела белогвардейцев вообще; приглашал при возникновении новых недоразумений ехать прямо ко мне для личных объяснений, чтобы снова не быть одураченными такими обманщиками, как Монстров....

Говорил, что старый штаб «Крестьянской армии», отдавший приказ о нападении крестьян на ваш же аулие-атинский крестьянский отряд и о порче железной дороги, совершил явное преступление, не остановился ни перед напрасным междоусобным кровопролитием,
ни перед порчей народного достояния, что штаб этот обязательно должен быть предан суду, чтобы выяснить, все ли члены штаба виновны в одинаковой степени и кто именно из них был в связи с Колчаком и англичанами... Это все видели и слышали.

Все видели и знали, что когда чуть было не произошло братоубийственное столкновение, подстроенное Монстровым, я бросил всю бездну лежащих на мне дел и всего с 15 молодцами поскакал в русские поселки, и ни один волос не упал с нашей головы, ни одного худого слова от крестьян мы не слыхали, а называющий себя «крестьянским представителем» Монстров бегал от нас, как жаба от солнца, боясь предстать рядом со мной перед судом всенародного схода... Все как-то удивительно не ухитрялся встретить нас, хотя дорога между поселками одна единственная и с нее на десяток верст видна вся Кугарская долина.... Все как-то не мог догнать нас, хотя мы ехали шагом и по целому дню останавливались в поселках.

Вот, товарищи, в какую темную игру и могут только играть белогвардейцы, потому что для пропитывающей их подлой лжи и не подлежащих оглашению тайных замыслов самый страшный враг — это солнце правды.

Я давно знал, что вы — товарищи, и потому твердо стал на свой путь, твердо позвал вас с собой и теперь нам нужно умно и дружно настоять; нужно доказать твердо нашу гражданскую зрелость, которая поможет в недалеком будущем подумать о детях наших и приступить к строительству светлых братских отношений трудовой Советской республики.

Надо приглашать сюда к нам этих одураченных мужиков из Джалал-Абадского района. Надо поставить им на вид, что, когда с предстоящим открытием оренбургской пробки целых две армии, специально предназначенных для Туркестана, советских войск заполнят собой и Фергану, и Семиречье, и Закаспийскую область, когда под охраной этих армий откроются военные суды, с корнем выдергивающие остатки белогвардейства, в это время Моистровы, Вахонины и пр., бог весть откуда наехавшие провокаторы, неожиданно исчезнут (как и при моем появлении), а привязанные к земле и хозяйству крестьяне останутся. Останутся труженики-земледельцы, которые за каждого украденного Поклевским барана, за каждую послугу Монстрову и его банде, за каждый поход, произведенный без разрешения советского командующего, за самое уклонение дать своих представителей в штаб фронта.

Командующий войсками Ферганского фронта


ВЫПИСКА ИЗ ПРОТОКОЛА ЗАСЕДАНИЯ РЕВВОЕНСОВЕТА ТУРКРЕСПУБЛИКИ ОБ УСТАНОВЛЕНИИ ПРОДОВОЛЬСТВЕННОГО КОРДОНА МЕЖДУ САМАРКАНДОМ И БУХАРОЙ

5 августа 1919 г.

Слушали. 1. О заграждении границ Самаркандской области с Бухарским ханством...

Постановили. 1. По предложению Самаркандской продовольственной комиссии о заграждении области и недопущении вывоза хлебных продуктов в Бухару. Реввоенсовет, принимая во внимание критическое положение Туркестанской республики в продовольственном
отношении, с одной стороны, а с другой — признание хлебных продуктов монополией республики, постановил:

1.    Утвердить представленный продовольственной комиссией проект расквартирования постов по охране Самаркандской области со стороны Бухары.
2.    Экстренно просить Центральный Исполнительный Комитет сделать распоряжение о запрещении вывоза из республики хлеба, риса, кишмиша, смета и прочих продовольственных продуктов по всем границам.
3.    Военному комиссару сделать распоряжение по всем военным комиссарам о военном наблюдении за границами для воспрещения вывоза.
4.    Просить Центральный Исполнительный Комитет экстренно утвердить распоряжение Революционного военного совета о временном военном заграждении границ.

Председатель Реввоенсовета Салисов Секретарь Реввоенсовета Кислов.


ПРИКАЗ РЕВВОЕНСОВЕТА ТУРКРЕСПУБЛИКИ ОБ УТВЕРЖДЕНИИ СОСТАВА ПРЕЗИДИУМА РЕВВОЕНСОВЕТА ФЕРГАНСКОГО ФРОНТА

23 августа 1919 г.

Согласно телеграфному представлению штаба Ферганского фронта и протокола Реввоенсовета республики от 20 сего августа № 85*** утверждается Президиум Реввоенсовета

Ферганского фронта в составе: командующего войсками Ферганского фронта тов. Сафонова, военнополитического комиссара Филиппова, политического комиссара Ферганского фронта тов. Спасибова, он же председатель Реввоенсовета Ферганского фронта, о чем и объявляется для сведения.

Председатель Реввоенсовета Д. Саликов

ПИСЬМО ХОДЖЕНТСКОГО КОМИТЕТА КОМПАРТИИ ПАРТОРГАНИЗАЦИЯМ УЕЗДА О РЕШЕНИИ I УЕЗДНОГО СЪЕЗДА КОМПАРТИИ ПРОВЕСТИ УЧЕТ И ОБУЧЕНИЕ ВОЕННОМУ ДЕЛУ ПАРТИЙНЫХ РАБОТНИКОВ НА МЕСТАХ

6 сентября 1919 г.

Закончив I уездный съезд председателей коммунистических организаций Ходжентского уезда, на котором удалось успешно и разумно разрешить волнующие исполком важные вопросы, руководители коммунистических организаций волостей, сел и кишлаков, уяснив себе
задачи нашей партии,, ознакомясь с политической жизнью республики, поставили задачей всем организациям немедленное проведение в жизнь циркуляра крайкома об учете и обучении военному делу партийных работников.

Этим съезд указал, что все члены организаций уезда должны быть мобилизованы и встать с оружием в руках иа защиту Советской власти.

Известные нам положения Туркестана, России, Востока и других стран заставляют нас от букв на бумаге перейти к военной организации наших партийных сил, дабы наша организация коммунистов-большевиков была, первым долгом, сильной политической единицей и, во-вторых, боевым авангардом, который во всякий час может противостоять контрреволюции, которая в предсмертных судорогах под наглой командой псов и авантюристов, колчаков, Деникиных, Григорьевых, петлюр и других жуликов пускает в ход
против Советской власти все оставшиеся и награбленные у мирных жителей и крестьян средства, технику и прочее.

Конечно, не страшна краю эта дутая армия упомянутых монархистов, ибо мы знаем, что мобилизованные насильствеиным образом крестьяне и рабочие из тех мест, где свирепствуют эти гады царского престола, первые при малейшей агитации с нашей стороны
повернут штыки на своих поработителей — звездоносцев и погонников, что уже наблюдается на Восточном фронте, фактом чего служит убийство генерала Григорьева и т. д. I съезд председателей коммунистических организаций уезда своими решениями еще раз подтвердил постановление III краевого коммунистического съезда указанием на задачи, права и работу партии в деревне.

Не секрет, товарищи, что волостные мусульманские организации коммунистов-большевиков далеко отстали от европейских организаций как в организационном, так и в культурно-просветительном отношении, но нужно не скрывать и тот секрет, что мусульманские организации были почти забыты, хотя и получалась там литература, но она им неправильно толковалась или не понималась совсем, все это съезд предусмотрел и постановил командировать в волостные организации военных и политических руководителей.

Партийная жизнь в мусульманской деревне якобы, надо надеяться, пойдет при наличии командированных от бюро мусульманских коммунистов агитаторов, организаторов и от европейских организаций военных руководителей, но надо не забывать также и самим
организациям, что партия коммунистов является руководительницей действий власти на местах, и права в отношении контроля и отвода своих членов от власти только за партией, и всякий ложный шаг волостных Советов, где находятся ваши партийные товарищи, должен быть немедленно приостановлен с указанием путей дальнейших действий. Из этого вы, товарищи, видите, что партия, не вмешиваясь в техническую сторону власти, руководит политической жизнью волости, уезда и т.. д. Но надо не забывать, что первая часть дела всецело зависит от последней части, т. е. политической, а поэтому самим организациям в
волостях необходимо тоже напрячь все силы к организации.

Уездком надеется, что активные силы партии исполнят свой долг перед революцией, примут самое горячее участие в организации партии и развитии среди членов партии коммунистического самосознания, ибо партия коммунистов-большевиков — представительница рабочего класса — несет на своих плечах всю тяжесть революции, истекая кровью, борется с мировыми хищниками, попутчиков у нас нет. С свержением Советской власти в Венгрии, по инициативе изменников и прихвостней буржуазии — меньшевиков, правых и других социал-предателей, партия коммунистов-большевиков постановлением своим разогнала все эти желтые организации в лишила их прав к существованию. Теперь нет места у власти предателям.

Власть принадлежит рабочим и крестьянам, объединившимся в коммунистические организации.

Дружно, товарищи, за дело. Мы наносим последний удар буржуазии, чем скорее мы организуем бравые кадры, тем скорее закончим борьбу с всемирным капиталом и черным гнездом монархии.


ПИСЬМО ПОЛИТИЧЕСКОГО ОТДЕЛА ФЕРГАНСКОГО ФРОНТА С РЕЗОЛЮЦИЯМИ ОБЩЕГО СОБРАНИЯ КРАСНОАРМЕЙЦЕВ СКОБЕЛЕВСКОГО ГАРНИЗОНА К КРАСНОАРМЕЙЦАМ АНДИЖАНСКОГО ГАРНИЗОНА  НА С ПРИЗЫВОМ СПЛОТИТЬ ВСЕ СИЛЫ ДЛЯ ПОБЕДЫ НА ФЕРГАНСКОМ ФРОНТЕ

Скобелев    7 сентября 1919 г.**

По первому вопросу была вынесена следующая резолюция: заслушав доклад главнокомандующего Ферфронтом и детально обсудив положение Ферганы в связи с джалал-абадскими событиями, мы, красноармейцы скобелевского гарнизона, постановили считать, что штаб «Крестьянской армии», идя с разбойничьими бандами Мадамина, стремится спровоцировать трудовое крестьянство Джалал-Абада, и мы, красноармейцы, не поддадимся этой провокации и призовем трудовое крестьянство Джалал-Абада идти с нами рука об руку,
ибо в наших руках правда, ибо мы никогда не променяем власть труда на власть капитала.

Да здравствует Советская власть — единственная защитница интересов трудящихся!

По второму вопросу — следующая [резолюция!: мы, солдаты Красной Армии скобелевского гарнизона, на общем собрании 7 сентября 1919 г. во имя завоевания прав угнетенных решили не поддаваться гнусной провокации буржуазии и ее прихвостней и сплотиться в единую, дружную, тесную семью. Мы заявляем, что мы никогда не были и не будем врагами друг другу, так как мы боремся вместе за одно общее и правое дело, и потому впредь все недоразумения мы будем выяснять только через свои организации, коллективы, культурно-просветительные секции и контрольно-хозяйственные комиссии, дабы не дать возможности нашим врагам поселять вражду между нами.

Да здравствует единение гарнизона и всей Красной Армии!

Обе резолюции приняты единогласно.

Собрание закончилось пением похоронного марша павшим борцам за свободу и криками «Ура» нашему вождю тов. Ленину.

Посылая настоящую резолюцию, политический отдел Фер-фронта обращает внимание тт. красноармейцев... гарнизона, что момент, переживаемый Ферганой, серьезен и отнестись к нему надо также серьезно, как это сделали тт. красноармейцы скобелевского гарнизона. Ведь контрреволюция снова зашипела по всем темным углам. Буржуазия подняла голову и пытается протянуть руки к власти...*. Но этому не быть. Прочь руки. Не буржуазии править пролетариатом, не ей диктовать свою волю...*. Силен и мощен пролетариат. Силен своими острыми штыками наготове, своим классовым самосознанием, силой завоеваний и красными знаменами.

Два года беспрерывной борьбы не сломили силу и мощь пролетариата. Два года потерь не уменьшили ряды пролетариата. Они крепнут с каждым днем, резервы растут. Соединение туркестанского пролетариата с российским уже близко. Войска Центра, заняв Кустанай,
успешно продвигаются на Орск и Актюбинск. Войска противника под Актюбинском сдаются батальонами. Еще последнее напряжение всех сил, последнее решительное действие с нашей стороны и победа за нами. Так прочь же утомленность и в Фергане...*. Ведь
помощь идет...* Она близка...*

Джалал-Абад не страшен нам, не страшен потому, что поздно господа офицеры заговорили об «учредиловке», о большевиках-грабителях, о всеобщем образовании. Обмануть, заморочить пролетариат не так легко, как это кажется господам офицерам и буржуазии. Рабочие и трудовое крестьянство давно уже знают, что несет им «учредиловка», широко открывая двери буржуазии.
Знают и о том, что большевики — «грабители», но «грабители» не пролетариата, а буржуазии, так как грабить пролетариат нельзя, раз у него ничего нет.

А от кого, как не от большевиков, донесся до пролетариата первый клич к знанию? Кто, как не большевики, начали создавать школы, клубы, театры, библиотеки в армии, устраивать лекции на политические темы? Это известно пролетариату, и его не обмануть. Песенки и сказочки господ офицеров давно пропеты и рассказаны.

Сомкнем же, товарищи, теснее наши ряды, еще выше поднимем Красное знамя — тогда победа в Фергане также за нами.

Заведующий политическим отделом Заведующий агитационно-организационным подотделом

__________________________