Устройство южных укрепленных линий (Пресногорьковской, Иртышской, Воскресенско-Колыванской и Кузнецкой) и заселение лесостепной полосы. Социально-экономическая характеристика периода между политическим завоеванием Западной Сибири феодальной Русью и экономическим ее завоеванием русским капитализмом. Формы организации торговли. Элементы общественно-географического разделения труда (первые очаги товарного земледелия на юге, район мелких крестьянских промыслов, район горнозаводской промышленности и др.). Взаимное географическое положение хозяйственных территорий и направление грузового движения. Главнейшие трактовые, водные и караванные пути сообщения. Выводы.

В течение рассматриваемого периода хозяйственная жизнь Сибири развивалась несравненно медленнее, чем в центральных областях России, но все же в конце этого периода произошли большие изменения в положении Сибири в системе феодально-крепостнической России и особенно в развитии хозяйственной жизни в разных частях Западной Сибири. Выяснение этих изменений вводит нас в понимание тех географических взаимоотношений, которые сложились между Западной Сибирью и Европейской Россией, а также между отдельными хозяйственными территориями самой Западной Сибири. Эти географические взаимоотношения создали новые условия для развития городов в зависимости от их географического положения.

В первые десятилетия XVII в. все еще продолжалось неудержимое стремление русских служилых и торговых людей в Сибирь на восток. После основания Кузнецка в 1618 г. наступил длительный перерыв в расширении государственной территории в Западной Сибири.

По южной границе русской оседлости лежали города Тюмень и Тара на западе, Томск и Кузнецк — на востоке. За исключением Кузнецка, остальные города лежали по южной границе лесной полосы.

К югу от этой границы была иная природа, иные народы: там простиралась Тоболо-Ишимская лесостепная полоса с черноземными плодородными почвами, орошаемая Тоболом и Иртышом и их притоками; преобладали удобные для земледелия пространства, сравнительно продолжительное и очень теплое лето создавало благоприятные условия для земледелия.

Далее да восток лежала Барабинская лесостепь, где была та же ширь и гладь, те же черноземные плодородные почвы и березовые перелески, перемежающиеся с обширными полянами; но в отличие от Ишимской лесостепи в ней были обширные озера, окруженные болотами, менее благоприятные климатические условия и сравнительно меньше площадей, пригодных для хлебопашества. В то время как в лесной полосе русская колонизация сталкивалась с малолюдными, разбросанными на громадном пространстве стойбищами северных народов, лесостепное и степное пространства к югу от пограничной линии были в распоряжении кочевых народов, куда они приходили в летнее время со своими стадами. Казахи Средней Орды, зимовки которых находились по рекам Сары-су и Чу и по среднему течению Сыр-дарьи, летом кочевали по рекам Тоболу, Ишиму и Иртышу. Это были более многочисленные и более подвижные группы хорошо вооруженных и воинственных кочевников, которые двигались из степи отдельными волнами.

Пограничным пунктом русских владений считалось Ямышево озеро, откуда русские города снабжались солью, но вся местность по Иртышу от Тары до озера не имела никаких русских поселений. Джунгары считали своим владением всю территорию до р. Оми.

Кочевники по временам приближались к пограничным русским слободам. В первые десятилетия XVIII в. документы отмечают, что кочевники по Ишиму и другим рекам «его величества людей, конечно, разоряют, в полон увозят и-побивают, скот отгоняют, пожитки" грабят, дворы, хлебы, сена жгут»

' Памятники Сибирской истории XVIII в., т. II (1713—1724), СПб, 1885, № 106.

Указы предписывают, чтобы «во всех Тобольского уезду в острогах и слободах всякого чина людей от не-запного приходу воинских людей Казачьей орды и Башкирцев жили с великим опасением и осторожностью и к обороне имели ружье как огненное, так и острое»

Постоянные набеги южных соседей на порубежную полосу русской оседлости, стремление стереть с лица земли русское население, нарушение торговых сношений с восточными странами — Средней Азией и Западным Китаем, наконец, наличие в лесостепи пространств для земледельческой колонизации, острая нужда в хлебе, испытываемая Сибирью, заставили московское правительство перейти от обороны к наступлению вначале против остатков Кучумовой орды, затем втянуться в продолжительную борьбу с другими обитателями степи.

Для защиты пограничной полосы русским воеводам пришлось строить новые временные укрепления. Так возникли к югу вверх по р. Тоболу Ялуторовский острог и позже Царево-Городище (впоследствии город Курган); вверх по р. Вагаю Утяцкий острог; вверх по р. Ишиму остроги Абацкий и Коркинский (впоследствии город Ишим).

Строительством острогов правительству удалось к концу XVII в. вытеснить кочевников к югу, а политикой взаимного истребления враждовавших народов (джунгар, казахов и др.) чрезвычайно ослабить их. В начале XVIII в. с новой силой возобновилось движение по закреплению новых государственных рубежей, причем на первый план выдвинулась линия по р. Иртышу на всем огромном расстоянии от города Тары до верховья. В 1715 г. была построена Ямышёвская крепость, а в 1716 г. — Омская.

Основание этих крепостей было связано с поисками по повелению Петра где-то внутри Джунгарии, вблизи города «Еркети», золота. В 1715 г. экспедиционный отряд подполковника Бухольца, отправленный вверх по Иртышу на 32 дощаниках и 27 лодках, прибыл к Ямышевскому озеру и, оставшись зимовать, заложил здесь небольшое укрепление. Однако, после четырехмесячной блокады отрядом джунгар, Бухольц был вынужден срыть крепость и отступить под их напором к устью р. Оми.

1 Памятники Сибирской истории XVIII в., т. II (1713—1724), СПб., 1885, № 97.

Остановившись в этом месте, Бухольц, по указанию Сибирского губернатора Гагарина, приступил в 1716 г. к постройке укрепления на левом берегу р. Оми, недалеко от места впадения ее в Иртыш. По прежним донесениям было известно, что в этой местности много земельных угодМ, что здесь находился «через Иртыш перевоз» джунгарских людей. Заложенная Бухольцем крепость и послужила зерном, из которого развился будущий Омск.

Так в ходе расширения государственной территории в Западной Сибири на юг и укрепления ее южных границ во второй половине XVIII в. окончательно сформировалась непрерывная укрепленная линия (рис. 8). Будучи продолжением Оренбургской, она служила границей между Южной Сибирью и Средней Казахской ордой. Она начиналась у р. Тобол, пересекала р. Ишим (вследствие чего ее называют иногда Ишимской), где была выстроена Петропавловская крепость (1752 г.), и упиралась в р. Иртыш у города Омска. Так как эта линия проходила через район с большим количеством озер, среди которых было много горьких и соленых, она получила название Горькой или Пресногорьковской линии.

Линия тянулась, по словам Фалька, на 350 верст и состояла из 8 крепостей и 7 редутов между крепостями. Для защиты водораздельных пространств, не прикрытых рекой, между укреплениями были установлены рогатки и беспрестанно ездили дозоры.

К Горькой линии примыкала вдоль р. Иртыша вторая— Иртышская — линия. Каждая крепость на этой линии состояла из укрепления, обнесенного валом и рвом. Внутри его находились офицерские дома, казармы и конюшни. Выше и ниже редута располагались селения, жители которых состояли из «высылаемых из России за невеликие преступления на поселение» (П. С. Паллас). Между крепостями располагались пикеты, четырехугольные постройки с караульной, надолбами, рогатками. Иртышская линия заканчивалась Усть-Каменогорской крепостью и таким образом отрезала Алтай от Казахстана, чем облегчался переход первого к России. Омская крепость стала центром, к которому сходились и смыкались Пресногорьковская и Иртышская линии.

После открытия на Алтае в горе Синюхе, около Колыванекого озера, медной руды и основания уральским промышленником Демидовым в 1726 г. первого Колывано-Воскресенского завода, а затем целого ряда рудников и нескольких заводов по выплавке медных и серебро-свинцовых руд, необходимо было создать новые линии укреплений для защиты их от набегов с юга. Новая линия, построенная в 1759 и 1764 гг., начиналась от р. Иртыша, проходила вверх по р. Убе, затем по р. Алею. Эта часть новой линии получила название Колывано-воскресенской. От р. Чарыша по целому ряду основанных форпостов шла другая часть линии через Бийскую крепость к городу Кузнецку, называвшаяся Кузнецкой линией.

 

 

* * *

Исследователи заселения Западной Сибири отмечают уже для второй половины XVII в. образование крестьянского массива в ее юго-западной части. Таковы местности близ городов Верхотурье, Тюмень и др. «Сжатые в своем стремлении к разуплотнению соседними ясачными волостями или русскими же слободами, они испытывают земельную тесноту, распределив между дворохозяе-вами весь наличный земельный фонд»

Неизвестный иностранец—середины XVII в. (1666 г.) — описывает в своих путевых записках, между прочим, деревню Кулаково, хорощо застроенную большими деревянными домами, очень красиво расположенными: «Направо от нее находится местечко, выше — плодородное поле, на котором растет много хлеба, слева же течет река Тура, которая дает много рыбы; здесь много также сенокосных лугов, поэтому местные крестьяне живут богато, промышляют земледелием и рыболовством» 2.

К середине и второй половине XVII в. относится появление ряда селений, получивших название «слобод». Рассматривая слободской тип поселения, В. Шунков отмечает двоякий смысл названия «слобода». «С одной стороны,— пишет автор,— это первоначальное поселение на отведенном для заселения участке, которое становилось центром для всех селений данного участка. Здесь находились острог, церковь, двор приказчика, государевы амбары. В слободе жили церковные причетники,

Ш у н к о в В. И. Очерки по истории колонизации Сибири в XVII —начале XVIII вв., 1946, стр. 83. ! «Исторический архив», т. 1, 1936.

судные дьячки, служилые люди (беломестные казаки). Здесь же находилась часть крестьянских дворов. Возле слободы расположены государевы десятины. С другой стороны, слобода — это территория, которая составляется из слободы в узком значении этого слова и всех «тянувших» к ней селений (деревень) л. Возникновение деревни на слободской территории шло путем образования отдельными крестьянами самостоятельного поселения, называемого заимкой или деревней»

Автор далее замечает, что подобные деревни положили начало многодворным сибирским селам позднейшего времени.

Слободы возникали преимущественно на южной границе русского расселения, причем многие из них выросли из небольших укреплений (острогов), построенных в XVII в. по р. Тоболу (Белозерская, Утяцкая) и по Ишиму (Абацкая, Коркина и др.). Появление слобод на южной окраине несомненно связано с усилением оборонительных сил московского государства в Западной Сибири и с уменьшением опасности от набегов кочевников из южных степей, которых внутренние раздоры сильно ослабляли, хотя в течение еще долгого периода они останутся грозной опасностью для русских поселений, выдвинувшихся за пределы таежной полосы: Первыми жителями возникших слобод были «охочие люди», которых правительство посылало для занятия земледелием. Так как многие слободы возникли из укреплений (острогов), то этим объясняется, что в документах XVIII в. они значатся как укрепления, где был «город, лежащий в столбах, надолбы, рогатки и ров и при городе одна проезжая башня» (Иковская слобода); или старинный острог, при котором был и город, «кремль, рубленный в углы, с проезжей башней и воротами, кроме того город лежачий в столбах стремя проезжими воротами, надолбами, рогатками и рвом» (Суерская слобода) и т. д.Стратегическое значение слобод сделало необходимым посылку сюда служилых людей, которые служили не за хлебное или денежное жалование, а «с пашни», т. е. за свою службу получали определенный надел земли. Так образовались вблизи слобод деревни и поселки, которые «тянулись» к определенным слободам. Начальник каждой слободы назывался «прикащиком» и был подчинен воеводе.

Из названных выше слобод следует выделить те, которые впоследствии превратились в города. К их числу принадлежат слободы Ялуторовская, Коркина и Царево-Городище.

Ялуторовская слобода возникла в 1639 г. как острог на месте давно оставленного жителями городища Явлу-тура, вблизи места впадения р. Исеть в р. Тобол. В половине XVIII в. в слободе был «острог стоячий», кругом него «лежачий город, забранный в столбы». Коркинский острог, возникший в 1680 г. на левом берегу р. Ишима, превратился в слободу в первой четверти XVIII в. Слобода (впоследствии город Ишим) очень рано приобрела значение торгового поселения, здесь происходила меновая торговля жителей слободы с казахами, пригонявшими лошадей, крупный рогатый скот, баранов.

Слобода Царево-Городище, возникшая предположительно в 1662 г., получила свое название от занятого ею места, где прежде было татарское городище, называвшееся Царевым. Новая слобода называлась еще иначе «Царев-Курган», от земляной насыпи, находившейся в одной версте « юго-западу от нее. К концу XVII в. берега Тобола начали обваливаться, угрожая строениям города. Большая часть жителей переселилась ниже по Тоболу на место нынешнего города Кургана, а старый поселок был переименован в селение Курганское. Так как пограничная линия шла по р. Тоболу, то новое, в то время наиболее отдаленное русское поселение, было обращено в укрепленный пункт. Укрепление состояло из бревенчатого стоячего тына с башнями, надолбами и было окружено рвом и валом.

Постройка Горькой (Ишимской) линии содействовала заселению района Царево-Городище и дала возможность двинуться оседлому населению далее к югу. Крепость Царево-Городище осталась почти на 150 верст севернее укрепленной линии и обратилась в слободу. В 1771 г. ей принадлежали 26 деревень.

Расширение государственных границ к югу и создание по границе линии укреплений сопровождалось передвижением населения в том же направлении, образованием новых слобод и деревень.

«Чертежная книга Сибири» Семена Ремезова, составленная в самом конце XVII в., дает общую картину русского расселения на рубеже двух веков.

В северной части Березовского и Сургутского уездов русских поселений, кроме городов, ие было совсем, а в Нарымском уезде поселения появились лишь на юге, по притокам р. Парабели. В Тобольском уезде деревни располагались вверх и вниз по Иртышу и притокам.

Самым населенным уездом был Верхотурский, где на карте резко выделяется густая сеть русских поселков. В Тюменском уезде деревни около города располагаются гуще к северу, чем к югу. В пределах Терского уезда показан один острог и несколько деревень. Уезды Томский и Кузнецкий были старыми оазисами русской колонизации. Деревни шли вверх по течению Томи и ее притокам. Много деревень оказалось по течению рек Яи и Кии (система Чулыма). Около города Кузнецка было немного деревень, выше по Томи их почти не было.

В 1697 г. так называемая Ордынская дорога в «Казачью орду» (Казахстан) шла «слободами» вверх по р. Тобол: Тарханским острогом, слободами Ялуторовской, Суерской, Усть-Суерской, Белозерской, Иковской, Царево-Городище, Утяцкой, Калмыцкой.

Довольно точную картину географического распределения в самом начале XVIII в. позволяет нарисовать перепись дворов и населения, проводившаяся во вновь образованных при Петре I губерниях и связанная с введением последних. Перепись в пределах Сибирской губернии происходила в 1710 г. Данные этой переписи могут быть сведены в следующую таблицу.

Таблица показывает, что 85—86% дворов и населения расположились вдоль единственного тракта, который вел из Московской Руси в Сибирь. Здесь в западных городах и уездах в конце XVII в. и в начале XVIII в. сосредоточилась подавляющая часть населения Западной Сибири. Самым южным сгустком населения оказался Тарский уезд. Дополняя материалы переписи 1710 г., в которой данные приурочены к административным единицам, теми сведениями о фактическом распределении селений и слобод по территории Западной Сибири, которые дает «Чертежная книга» С. Ремезова, мы считаем неправильным вывод А. Г. Гагемейстера, который, имея дело только с данными переписи 1710 г., пишет, что южная половина Тобольской губернии «вовсе не была заселена»

В действительности южная половина начала заселяться еще в XVII в., когда начался процесс «сползания» населения по Тоболу, Ишиму, Вагаю к югу от границы тайги в полосу лесостепья, где уже появился ряд укреплений в близком и опасном соседстве с южными кочевниками.

В XVIII в. этот процесс усиливается и с особой силой проявляется во второй половине этого века, когда благодаря принятым мерам (созданию Пресногорьковской и Иртышской линий) одна часть кочевого населения оказалась оттесненной далеко в южные степи, другая же часть, оставшаяся в тылу, вынуждена была переменить свой образ жизни.

Для середины XVIII в. (1749—1750 гг.) мы располагаем сведениями о числе деревень, сел, слобод, приписанных к Тюмени, Ялуторовску, Ишиму, Таре и др. Эти данные, несмотря на неполноту, позволяют выяснить, какие изменения произошли в размещении населения на юге по сравнению о «Чертежной книгой» С. Ремезова.

Если сгруппировать приводимые данные не по административным единицам (воеводствам и дистриктам), как это сделано в статье Г. Н. Потанина, а по рекам, причисляя к той или иной реке как населенные места (деревни, села, слободы и др.), расположенные у самой реки, так и те, которые располагались вдали от реки с обеих сторон ее в направлении водоразделов, то мы получим следующую таблицу.-

Карта населенных мест юго-западной части Западной Сибири приобрела к середине XVIII в. следующий вид.

По Туре образовался довольно густой сгусток поселков во главе с городом Тюменью, к которому они тяготели. Это был старейший район заселения Западной Сибири и, повидимому, здесь процесс образования новых поселков, если и не прекратился, то шел крайне медленно. Особенностью расселения этого района было значительное количество татарских поселений (юрт).

Густая полоса поселков шла вдоль Тобола, начинаясь приблизительно от Звериноголовской до впадения р. Исети в Тобол и по самой Исети; к северу сеть поселков становилась более редкой. Район этот по Тоболу южнее впадении Исети был новым районом заселения. Образование в этом районе поселков шло с особой интенсивностью в XVIII в., когда в соседних приуральских губерниях уже сложилось значительное земледельческое население, а вдоль южных границ протянулась линия укреплений, защищавших мирных жителей от набегов кочевников. Земледельцев привлекало сюда плодородие почв в пределах лесостепья. Особенностью расселения было наличие острогов (Ялуторовский, Суерский) и большого количества слобод, среди которых был и Царев-Курган (впоследствии город Курган), которые тянулись полосой вдоль Тобола.

Все пространство между Тоболом и Ишимом и далее до Иртыша, усеянное многочисленными озерами, почти не имело оседлых поселений. По р. Ишиму более или менее густая полоса поселков тянулась от Коркинской слободы (впоследствии город Ишим) к северу, но приблизительно на параллели Тара-Ялуторовск т. е. там, где начиналась подтаежная, переходившая затем в таежную, полоса, число поселков резко уменьшалось.

Особенностью расселения по Иртышу было наличие одного города (Тара), одной крепости (Омской) и значительного количества слобод и погостов. В районе города Тары (по Иртышу) в начале XVIII в. заселение потянулось вверх по р. Таре (правый приток Иртыша) и по р. Оше (левый приток Иртыша).

По мере удаления казаков в дальнюю степь территория русского заселения расширялась и достигла того места, где Иртыш изгибался дугой, или лукой (отсюда название слободы Чернолуцкой). Появились новые поселения на почтовой дороге Тобольск—Омск, куда население привлекалось приработками от обслуживания проезжающего населения

Так под защитой возникших укрепленных линий началось заселение западносибирского лесостепья. Особенно быстро шло заселение тоболо-ишимской лесостепи. Население состояло в подавляющем большинстве из русских крестьян, захватывавших удобные для хлебопашества площади. Непосредственное соседство этой хозяйственной территории с горнопромышленным Уралом на западе и в начале водного пути ставили эту часть Западной Сибири Б особо благоприятные условия.

Барабинская лесостепь со своими обширными водоемами и болотными площадями, роями комаров и оводов начала привлекать к себе население лишь после заселения тоболо-ишимской лесостепи. Здесь между Иртышом и Обью во времена Палласа на лугах и пастбищах паслись табуны диких лошадей, на которых охотилось приобское население.

Проезд через Барабу был небезопасен. Грабежом занимались не жители Барабы, а джунгары, приезжавшие сюда для сбора дани с барабинцев для контайши (джун-гарского хана). Проезжая в 1719 г. через Барабу, Бель, бывший в свите Л. В. Измайлова, посланника в Пекин, отметил, что последняя русская деревня отстояла в 60 верстах от города Тары, далее не было ни одной до самой Оби. Передвижение по Барабе продолжалось 10 дней.

Первые русские поселенцы в Барабу были привлечены в принудительном порядке. Надо было обезопасить проходившую по Барабе сухопутную дорогу, которой пользовались в экстренных случаях для посылки в Томск гонцов. Уже в 1713 г. на восточной оконечности Барабы был основан Чаусский острог, переименованный впоследствии в город Колывань. В 1722 г. были построены в западной части Барабы три укрепления: Усть-Тартасское при впадении р. Тартас в р. Омь, Каинское по среднему течению р. Оми и Уби,некое на юго-западе от Убинского озера. Последнее укрепление после перенесения его на р. Каргат (восточнее Убинского озера) превратилось в Каргатское. Населены были эти форпосты казаками, живущими здесь без жен и детей.

Кроме небольшого количества русских деревень на окраине, остальное пространство было занято редкими поселениями и стойбищами татар, телеутов и др. Возвращающемуся в 1741 г. из Восточной Сибири Г. Гмелину (старшему) пришлось отправляться через Барабу из Чаусского острога в сопровождении конвоя из 15 казаков. Через несколько лет после проезда Гмелина между указанными тремя форпостами появилось несколько зимовок, в которых крестьяне «Томского и Кузнецкого ведомства» отправляли ямскую гоньбу. В 1755 г. по предписанию из Петербурга в Барабинскую лесостепь было переведено 1 559 ямщиков из северных ямов Западной Сибири (Самаровского и Демьяновского), которых расселили по имевшимся там станциям для ямской гоньбы. После этого заселенеие тракта шло в основном помещичьими крестьянами из Центральной России, которых сюда ссылали помещики с зачетом их за рекрутов.

Поселенцы должны были устраивать дороги среди болот на сотню верст, делать искусственные насыпи, гатить их лесом и хворостом. Тысячи из них легли здесь костьми, изнуренные работами, жестокими наказаниями и болезнями.

М. Фальк, проехавший Барабу из конца в конец, отмечает, что только на большой дороге жили по станциям ямщики в своих зимовьях, которые мало-помалу превратились в деревни.

«Деревни выстроены правильно и домы в одну меру. Многие деревни состоят под надзором старосты из солдат, без позволения коего никто не смеет отлучаться на ночь и который небольшие споры решает палочными уларами. Колонисты вообще живут хорошо. Они трудолюбивы, хорошие и спокоййые земледельцы, из коих некоторые довольно зажиточные»

В конце XVIII в. данные 5-й ревизии (1795) дают возможность подвести итоги происшедшим изменениям в географическом распределении населения. Сравнение этих данных с приведенными выше данными переписи 1710 г. показывают решительный перевес населения в южных районах Западной Сибири, которые усиленно заселялись в течение XVIII в. в связи с передвижением на юг государственной границы и с хозяйственным освоением этих окраин.

К концу XVIII в. все население Западной Сибири как русское, так и туземное, насчитывало 612,2 тыс. чел. обоего пола (без населения городов). Сравнивая эту цифру с общим населением Западной Сибири по переписи 1710 г., обнаруживаем его приращение за 83 года на 365,3 тыо. чел. или в 2,5 раза.

Рассмотрим происшедшие изменения в географическом распределении населения.

Географическое распределение населения в Западной Сибири в конце XVIII в. (без городов).

Таблица показывает резкий сдвиг в распределении населения в сторону южных окраин, который продолжал в дальнейшем усиливаться и поставил эти районы во главе хозяйственного развития Западной Сибири. Сильно возросло население юго-западных окраин (Курганский, и др. округа) и в восточных округах (Томском, Кузнецком), причем рост последних пришелся главным образом на Бийский и Барнаульский районы нового заселения.

В сущности весь прирост населения за 85 лет, равный 365 тыс. человек обоего пола, приходится на новые южные окраины как в западных, так и в восточных частях Западной Сибири.

Прошло еще полвека, и новые географические тенденции в распределении населения развернулись с полной силой. Для того, чтобы осветить характер тех сдвигов, которые произошли в течение периода между концом XVIII в. ,и серединой XIX в., обратимся к данным 9-й ревизии, состоявшейся в 1851 г.

К середине XIX в. Западная Сибирь в административном отношении состояла из двух губерний: Тобольской и Томской. Первая губерния подразделялась на округа: Тобольский, Тюменский, Туринский, Ялуторовский, Курганский, Ишимский, Тарский, Омский, Березовский; Томская губерния состояла из округов: Томского, Каннского, Нарымского, Кузнецкого, Мариинского, Барнаульского, Бийского.

Разделение Западной Сибири на губернии довольно точно соответствовало делению ее на западную и восточную части, отличавшиеся друг от друга физико-географическими условиями, иегортей заселения и степенью хозяйственного освоения этих частей. К середине XIX в. эти различия выступили еще с большей резкостью. Совокупность всех признаков — физико-географических, исторических, социально-экономических—образовали в каждой из двух частей, на которые делилась Западная Сибирь, такую обстановку, которая не могла не влиять самым существенным образом на формы проявления одних и тех же социально-экономических процессов, происходивших на всем протяжении Западной Сибири. Различия в проявлениях этих процессов наиболее наглядным образом обнаружились в распределении населения между обеими частями Западной Сибири.

Численность населения (1851 г.) (в тыс. чел.)

Губернии

Гражд.

Военных

Всего

То же в °/о

Тобольская . . .

834,3

28,0

862,3

64,4

Томская .....

469,5

6,9

476,4

35,6

Всего . . .

1 303,8'

34,9

1 338,7

100,0

Округа, входящие в состав этих губерний Западной Сибири, с точки зрения заселенности различаются друг от друга как своим географическим положением в отношении к Европейской России, откуда шел безостановочный приток нового населения, так и по давности русского заселения

Применяя этот принцип деления районов (округов) заселения, мы получаем для середины XIX в. (1851 г.) следующую картину распределения населения в Западной Сибири:

Округа

Количество жителем

в °/0 к итогу

в тыс. чел.

Северные (Березовский) ....

21,6

1,6

Западные раннего заселения . .

291,5

22,4

Юго-западные нового заселения .

521,2

40,0

Восточные раннего заселения . .

158,0

12,1

Юго-восточные нового заселения

311,5

23,9

Всего . . .

1 303,8

100,0

1 Здесь имеются в виду отличия раннего заселения (конец XVI и XVII веков) от более позднего (XVIII и первая половина XIX веков).

Сравнение приведенной таблицы распределения населения с данными, относящимися к концу XVIII в. и особенно к началу XIX в., показывает, в какие районы передвигалось население, а вместе с ним и хозяйственная жизнь Западной Сибири. И население и хозяйство передвигалось в южные и юго-восточные лесостепные и степные полосы, по временам замедляя ход, но никогда не останавливаясь. Юг и юго-восток Западной Сибири манили земледельца земельным простором и благоприятными условиями для земледелия и животноводства. Переходя на юге вековую линию своей оседлости и широко раскидывая свои селения и слободы по просторам лесостепья и степи, население, в основном русское, закладывало здесь новые экономические основы своего существования, а вместе с этим и условия возникновения новых и развития старых городов. Понять эти новые условия — это значит исследовать все главные звенья той цепи, которая ведет от расширения государственной границы к экономическому завоеванию Западной Сибири русским капитализмом.

Этот вопрос непосредственно не входит в задачи настоящей работы, но совершенно его обойти невозможно по той простой причине, что хозяйственная жизнь в ее географическом размещения' между городами является продуктом общественного разделения труда, а последнее есть основа внутреннего рынка. Не вдаваясь в подробное рассмотрение процесса включения Западной Сибири в общероссийский внутренний рынок, можно ограничиться лишь выявлением тех особых и характерных черт, которые принадлежали ему ввиду особого положения Сибири в системе царской России.

__________________________